"Аналитическое обозрение после очередной экспансии со стороны Ватикана на Восток. Православие / католицизм: кто кому страшнее?" (АНАЛИТИКА)

К сожалению, для многих православных предпринятые в последнее время Ватиканом действия в России и Малороссии ( организация российских епархий, перенос униатской столицы в Киев, безобразная и внешне бессмысленная выходка с наименованием южно-сахалинской территории японским именем и т. п.) явно оказались неожиданными. Между тем, то, что происходит сейчас в и Малороссии, и в России, и в Баку, и в Болгарии - есть вполне закономерное развитие событий. Еще в 2001 году митрополит Одесский и Измаильский Агафангел говорил в своих многочисленных интервью СМИ и предупреждал, что католическая экспансия, причем экспансия в таких формах, которые своей конечной целью предполагают ни что иное, как демонтаж, а в конечном счете - ликвидацию Русской Православной Церкви как реального фактора жизни исторической России, без сомнения будет усилена.
И к тому существуют объективные причины, а первой из них является та внутренняя расслабленность, та неготовность защищать Православие как единственную Истину, в которую ввергла нас не до конца еще изжитая ересь экуменизма. До сих пор мы повторяем беспомощные, не выдерживающие никакой критики построения о "канонических территориях", на которые якобы и посягает Ватикан. Мы должны, однако, ясно осознавать, что речь идет не о переделе границ внутри Православия, но о четкой, агрессивно проводящейся политике Ватикана, нацеленной на уничтожение Православия как господствующей в наших странах религии и замену его адаптированными с учетом местной специфики вариантами католицизма. Свидетельство тому, в частности, "православные" титулы, присвоенные российским католикам: так, Кондрусевич получил весьма редкий для традиционных католиков сан "митрополита". Скорее всего, и богослужение, и проповедь будут содержать в себе элементы, максимально приближенные к традиционной православной культуре. Фактически способы инфильтрации не изменились со времен Брестской Унии; разница лишь в том, что если на Украине католики творят произвол и насилие, как и четыреста лет назад, то в России в их задачи на данном этапе входит создание имиджа "мирной", "просвещенной" и "цивилизованной" религии, призванной приблизить отсталый русский народ к европейским и общечеловеческим ценностям. Показательно высказывание Папы во время телемоста с московскими католиками: "Если есть единая Европа, единая валюта - должна быть и одна церковь!". Какая церковь имеется при этом в виду - Православная или католическая, сомнений быть не может. Вот так: одна страна, одна валюта, один Папа. Очевидно, что проводимая Ватиканом политика содержит все признаки политики имперской, призванной интегрировать различные народы и культуры во имя одной общей идеи.
И католики совершенно правы: именно такая стратегия только и может быть эффективной в современном мультикультурном, многонациональном обществе. Православным необходимо четко осознавать этот факт и не строить ложных иллюзий о возможностях "взаимного признания", "плодотворного диалога", "урегулирования канонических споров" и вообще любых химерических построений, предполагающих, грубо говоря, что по одну сторону от Буга и Збруча Единой, Святой, Соборной и Апостольской канонической Церковью может являться Православие, а по другую почему-то католицизм. Помимо своей очевидной богословской абсурдности, помимо предательства интересов православных, например, Польши, Чехии и Словакии, подобная система не может быть и никогда не будет стабильной, более того - не может быть воплощена в жизнь, ибо Великая, Малая и Белая Русь - лакомый кусок для католиков, русское Православие, Русская Православная Церковь, крупнейшая из православных церквей - живое, действенное опровержение претензий римского престола на владение вселенской истиной. Отсюда - неизбежность католического наступления, духовной экспансии, подкрепленной большими деньгами и большой политикой.
Принципы религиозно-политической экспансии, направленной на разделение православных Церквей и православных народов, на ликвидацию Православия по частям сформулированы давно. Вспомним известную записку униатского идеолога митрополита Шептицкого: уже тогда, например, им декларировалась идея о создании в Киеве самостоятельного "патриархата", формально - православного, в действительности же униатского и проводящего в жизнь задачи, поставленные Римом. Вспомним его же высказывание, отнюдь не лестное для приверженцев "самостийного православия": "Украинцы - лишь орудие Божественного промысла, призванное вырвать христианский Восток из клещей ереси (имеется в виду Православие ) и вернуть его (!) в лоно Апостольского Престола". И сегодня очевидно, что Малороссия важна Ватикану не сама по себе, но как стартовая площадка, как плацдарм для завоевания главного бастиона Православия - России. За укреплением унии, за переносом ее столицы из приграничного Львова под стены киевских святынь - организация российских католических епархий, первый шаг к созданию русской католической церкви.
Стратегия Ватикана эффективна; необходим адекватный ответ. Разумеется, православные не пойдут и не собираются идти на захват храмов, на политический шантаж, на все те приемы, коими без зазрения совести пользуются католики в Малороссии. Речь идет о другом: действительно, единственно возможными, единственно действенными являются именно объединительные, интеграционные, по существу - имперские идеи и методы. Именно на них мы и должны ориентироваться, их мы должны использовать. Причем в данном случае, при противодействии католической экспансии в России и Малороссии, мы естественным образом говорим не о создании нового, но об укреплении и воссоздании существовавшего и существующего единства народов; о сохранении и защите единства существующей Церкви. Главный удар направлен именно сюда. Именно единая Русская Православная Церковь, имеющая своими каноническими территориями Россию, Малую и Белую Русь является крупнейшей в мире, и именно в едином государстве православные составляют реальное большинство и имеют возможность закрепить это положение: в отдельно взятой России - демографический перекос в сторону мусульманских народов, в Малороссии - пользующиеся государственной поддержкой униаты, раскольники, крымские татары наконец.
А если государственный строй Белоруссии не устоит перед мощным и подлым давлением Штатов и их европейских союзников, избравших Белую Русь в качестве одного из воплощений "мирового зла" (а такая возможность в свете последних событий отнюдь не маловероятна), то мы станем свидетелями взрывообразного роста количества формально независимых "национальных" и откровенно латинских приходов на белорусских землях, при мощной финансовой поддержке извне и политическом содействии "новой демократической власти". Сохранение и воссоздание восточнославянского единства, единства исторической Руси - это наш долг в том числе и как православных, по существу - необходимое условие для существования в будущем Русской Православной Церкви не в качестве исторического рудимента, безгласного обитателя "этнографического" гетто в России, и политического гетто в Малороссии, но как традиционной, общепризнанной конфессии, как крупнейшей деноминации и потенциального лидера православного мира.
Воссоединение Великой, Малой и Белой Руси есть не просто процесс восстановления естественного исторического единства, но прежде всего необходимо нам для того, чтобы, собственно говоря и исполнить историческое предназначение Святой Руси , сохранить и утвердить Православие как фактор общемирового значения. В конце концов, это нам, православным сказано - "идите, и научите все народы"! В мире сейчас, помимо католиков и протестантов, существуют миллиарды мусульман, буддистов, индуистов. Мы надеемся на милость Божью, на то, что "врата адовы", по обетованию, не одолеют Церковь. Но это не повод для того, чтобы забывать о трагической судьбе тех Церквей, которые исчезли, как Карфагенская, уклонились в ересь, как Римская, оказались в меньшинстве, как православные Церкви Востока, попали под чуждое влияние, как Константинопольский Престол.
Ни в коем случае не имеем мы права, закрыв глаза, надеяться на то, что все наши проблемы разрешаться как-нибудь сами собою. Наша вера ни в коем случае не может служить нам оправданием нашей же собственной бездеятельности и безответственности. Мы, каждый из нас, в ответе за судьбы русского Православия.
С сожалением можем сказать, что единая контрстратегия, могущая служить основой для реального противодействия антиправославным, антицерковным планам, как отсутствовала в прошлом году, когда мы об этом много говорилось, так отсутствует и сегодня. Поэтому, тем более сейчас необходимы усилия по ее разработке и применению. До сих пор действия Церкви и православной общественности предпринимались ситуативно и не содержали в себе элементов прогнозирования событий и общего, единого плана. Между тем, ситуация, например, в Малороссии более чем печальна - на фоне общеочевидной католическо - униатской активизации еще яснее высвечивается пассивность, замкнутость духовенства в рамках требоисполнительства и социальной бездеятельности мирян. В то время как католики и раскольники не скрывают желания идти в систему образования, в университеты, они уже сейчас активно участвуют в создании политических партий и предвыборных блоков. Пример тому в данный, например, политический момент, в этом качестве присутствуют блоки "Наша Украина" и БЮТ. Ясны их намерения не упустить своего шанса при формировании новой политической элиты, окончательно оторванной от общерусских корней, повисшей в безвоздушном пространстве "украинства", безусловно готовой, наряду с американскими и "общеевропейскими", выполнять и ватиканские задачи и указания.
Конечно, у них деньги, у них политическая поддержка - но это же наша, православная страна, или мы уже в меньшинстве?! Между тем, на Украине до сих пор не сумели создать хотя бы более-менее эффективную систему богословского образования для социально активных мирян нашей Церкви. Информационная политика нашей Церкви находится по существу на стадии становления; ее двигают вперед немногие подвижники своего дела, такие, как сотрудники пресс-службы УПЦ МП, "Единое Отечество", газета "SOS" и др., начавшие, фактически с нуля и, с полной самоотдачей пытающиеся использовать имеющийся минимум возможностей для того, чтобы отстоять интересы Православия в информационной сфере. Снова и снова мы оказываемся в давно знакомой ситуации: с шашками - против танков, с нескоординированным энтузиазмом прихожан, с малотиражными приходскими листками, с абсурдной проэкуменической аргументацией и с лексикой девятнадцатого века - против всей информационной мощи и политических возможностей Ватикана, и не только.
Дальнейшая бездеятельность недопустима; ее последствия могут быть пагубны. Нам не стоит ждать милостей ни от "природы", ни от сегодняшних украинских властей; никто не будет решать за нас наши задачи. А в число таких задач очевидным образом входит, например, приложение и координация усилий по формированию собственной, православной элиты, отражающей волю и защищающей интересы миллионов православных граждан Малороссии. Впрочем, понятно, что подобные цели стоят перед всей Русской Православной Церковью - просто УПЦ находится на переднем крае, здесь само существование Ёе, как неотъемлемой части Московского Патриархата, уже открыто ставится под вопрос, в том числе и на государственном уровне. Необходимость грамотно проводимой церковно - общественной деятельности, сопровождаемой активной поддержкой снизу и направленной на защиту интересов существующей Церкви более чем очевидна. Нужны грамотные и воцерковленные православные политики, преподаватели, журналисты и т.д. , а в те же школы и университеты мы обязаны попасть раньше, чем это сделают католики, филаретовцы, подобные им сектанты и раскольники "имя которым - легион".
Анализируя причины, побудившие католическую церковь активизировать свою экспансию именно сейчас, мы не можем, однако, ограничиться общими утверждениями о привлекательности для Ватикана православных территорий и невозможности мирного сосуществования с нашей Церковью. Именно внутренние противоречия современного католицизма, именно осознание его идеологами и вождями того, что в существующем виде он неспособен удовлетворять запросы миллиарда своих приверженцев, принадлежащих к разным народам, к разным, зачастую - принципиально разным культурам, и побуждают Католическую церковь к усилиям, направленным на скорейшую ликвидацию реальной альтернативы католицизму, то есть Православия. Проблемы Ватикана очевидны, консерватизм нынешнего Папы является одним из последних препятствий на пути к глобальному кризису, который, несомненно, ожидает церковь римского исповедания в исторически обозримое время: противоречия между остатками традиции и прогрессирующим ревизионизмом, затрагивающим уже самые основы католической церкви, в ближайшие годы не могут не привести к расколу между консерваторами и "обновленцами", сторонниками торжества идей Второго Ватиканского собора, более того - тотальной либерализации католической церковной жизни - аборты, отношение к гомосексуализму, и т.п, вплоть до "спасения душ домашних животных". Достаточно вспомнить о состоявшемся (против воли Папы!) общегерманском католическом референдуме по вопросу женского священства, давшем положительный результат. Жесткая структура Католической церкви, до сих пор успешно, в течении тысячелетий противостоявшая попыткам расколов (последнее слово всегда оставалось за римским первосвященником), теперь может произвести противоположный эффект: как только очередной Папа уступит основным требованиям либералов, традиционалисты встанут перед необходимостью абсурдного отвержения основополагающего для католицизма принципа папской непогрешимости.
Православная Церковь лишена подобных проблем: она соборна по своей природе и не нуждается в непогрешимых авторитетах. Православие, хранящее апостольское преемство и неповрежденную ересями Истину, к которой, на Востоке ли, на Западе ли, все равно неизбежно потянется желающая ее найти человеческая душа, для Ватикана страшнее атомной войны. Мы не должны об этом забывать; более того, мы обязаны действовать в том числе и в этом направлении. Мы должны делать то, чего Ватикан боится больше всего. Важнейшим, необходимейшим делом является подготовка почвы для массового привлечения в ближайшем будущем католиков - традиционалистов в Православие: несомненно, именно православное вероучение даст им наиболее приемлемую возможность естественного разрешения существующих проблем. При грамотном проведении пропаганды преимуществ Православия очевидна возможность перехода не только на индивидуальном уровне, но и значительного количества общин.
А ведь у нас уже есть опыт подобного рода - русская эмиграция, без поддержки, без защиты, оторванная от родины сумела же привести к Православию многие католические общины, именно общины; восстановить западный православный обряд, восстановить почитание западных православных святых! Особенно хочется подчеркнуть, что в этом принимали участие православные как Патриаршей Церкви (напр. В. Н. Лосский), так и Русской Православной Церкви Зарубежом. Несмотря на внешние разделения, каноническое Православие соборно, а поэтому - действенно. Проповедь Православия в традиционно католических странах в силу ясной уже и не только для нас экклезиологической несостоятельности католицизма не может не быть перспективной. К тому же, если этот процесс будет проходить в рамках "русской идеи", пропаганды целостного православного мировоззрения, то для России, а следовательно - для всего православного мира это было бы колоссальным прорывом, дающим качественно новые возможности в проведении европейской политики - "русская Мекка" для Запада! Когда в англиканской Церкви было введено женское священство, к митрополиту Антонию Блюму, представляющему в Англии Московскую Патриархию, обратилось более восьмидесяти, только англиканских, священников! При этом, насколько нам известно, никакой подготовительной работы не велось!
Православие востребовано в первую очередь в странах, в религиозном смысле традиционно консервативных: например, в Португалии уже сейчас существует автономная Португальская Православная Церковь, состоящая из четырех епархий. Ее прихожане - не выходцы из традиционно православных стран, а местные жители.
Все это происходит при том, что в целом Православие для жителей Запада практически неизвестно: большая группа американских приходов Антиохийского Патриархата, например, ведет происхождение от группы энтузиастов, пришедших к Православию самостоятельно, и в течении нескольких лет существовавших в виде самоорганизованной "Американской евангелической православной Церкви", до тех пор, пока им случайно не удалось установить контакт с православными, о существовании которых они и не подозревали. А что будет, когда о Православии на Западе узнают? А если это к тому же будет ассоциироваться с Россией?
Обратившиеся в Православие европейцы и американцы отнюдь не сторонники З. Бжезинского: вспомним хотя бы американца иеромонаха Серафима (Роуза). Православная культура в глобальном смысле слова - это культура именно русская: при всем уважении к грекам, болгарам, румынам, сербам - у них нет своего Достоевского, вообще нет религиозно ориентированных деятелей мирового масштаба.
Говоря о вселенском смысле, вселенском значении Православия, говоря о путях осуществления Православия как значимого фактора мировой цивилизации, мы не можем не упомянуть очевидно деструктивную позицию, занимаемую Патриархом Константинопольским Варфоломеем. Нет нужды говорить о том, что поистине "вселенские" претензии стамбульского Патриарха, желающего "жать, где не сеял", и претендующего на канонические территории где угодно вообще, кроме разве что Антарктиды, мягко говоря, безосновательны с точки зрения любого разумного православного человека. Мы говорим не об этом - намного более важным представляется нам те факты, которые свидетельствуют об откровенно прокатолической направленности действий, предпринимаемых Патриархом бывшего Константинополя. Речь идет не только о сослужениях с папой римским, не только об участии в попытках расчленения Русской Православной Церкви, не только о поддержке той же, в конечном счете неизбежно проуниатской, филаретовщины. Речь в первую очередь идет о принципиальном нежелании утверждать именно вселенскую, общечеловеческую ценность Православия. Действия Патриарха Варфоломея, и мы не можем этого отрицать, направлены на защиту именно католических интересов. Эти факты не нужно и не должно замалчивать.
Это касается отнюдь не только вмешательства в церковные дела Святой Руси. Вспомним хотя бы его беспрецедентные действия в отношении братской Болгарской Православной Церкви: осенью минувшего года Патриарх Варфоломей, ничтоже сумняшеся, пригласил в мае 2002 прибыть в православную Болгарию Короля Войтылу, даже не поинтересовавшись мнением на этот счет Болгарской Церкви. Более того, встреча Патриарха Варфоломея с болгарским премьер-министром Царем Симеоном проходила в отсутствие Предстоятеля болгарского Православия - Патриарха Максима, что вызвало закономерное возмущение православных болгар. Подобные выходки были бы невозможны, если бы многомилионные православные Церкви Руси, Эллады, Болгарии, Грузии, Югославии, Америки и других стран нашли бы, наконец, возможность, сообща противостоять, смешным по сути, но опасным по последствиям, вселенским "константинопольским" претензиям. Реально такое единство есть; более того, оно уже было зафиксировано.
Речь идет о документах, принятых на Всеправославном совещании 1948 года в Москве, которое осудила любые отклонения от православной традиции, противопоставило свою позицию экуменическим тенденциям Константинопольского Патриархата и заявив о неприемлемости его амбиций, подчеркнула делегирование Православным миром лидерских функций Москве.
И это было отнюдь не "одноразовое" явление: в 2001 году на праздновании 950-летия Киево-Печерской Лавры, представители практически всех Поместных Церквей осудили вмешательство Патриарха Варфоломея в дела Русской Православной Церкви. В настоящее время, папистко - экуменическая политика Константинополя и лично Патриарха Варфоломея, вызывает активное неприятие в подавляющем большинстве Поместных Православных Церквей, и, что важно - в мировой столице православного монашества, - на Афоне. Просто консолидацией этой оппозиции вокруг Москвы пока никто не занимается. В любом случае в юрисдикции Вселенского Патриарха находится незначительное количество верующих - греческая национальная Элладская Церковь существует отдельно. Лидером Православного мира может и должна стать не мелкомасштабная конфессия, не имеющая ничего, кроме исторического, но ничего не отражающего "вселенского" титула, небольшого квартала Фанар в Стамбуле, глобальных претензий и готовности на "сотрудничество" хоть с кем, но та Церковь, которая реально способна представлять интересы Православия на общемировом уровне. Русская Православная Церковь имеет к этому все возможности; именно от нас всех зависит, будут ли они претворены в жизнь.

Аналитическая служба Союза Православных граждан и ЕДИНОГО ОТЕЧЕСТВА.
Москва - Одесса. 31. 05. 2002г.