 |
 |
 |
 |
 |
| На главную | Форум | Вести | О нас | Карта сайта |
| Поставить закладку | | | Отправить ссылку на e-mail | | | Сделать стартовой |
|
|||||||||||
|
|
"Все
говорят, что мы вместе...
Комментарий пресс-службы СПГ и статья "Небо русского рока"
Братья и сестры алисаманы!
Душа просит написать несколько слов по поводу разных нападок на Константина Евгеньевича, которые и вам, наверное, читать неприятно. Очень обидно, что самые искренние духовные взгляды и проявления этого творческого человека вызывают у многих полное непонимание, так что многие старые поклонники упрекают его в отступлении от идеалов рока, а некоторые не в меру ревностные "представители современной церковной мысли" (главным образом, миряне, кстати сказать) вместе со всей рок-музыкой объявляют "исчадием ада".
И если нападки желтой прессы, ненавидящей все связанное с Православием и подлинным патриотизмом, давно известны, и что о них говорить, то размещенная во "Впечатлениях" статья Владимира Ветюкова побуждает высказаться по следующим причинам. Прежде всего, автор называет себя православным и, затем, любителем "Алисы". Но хочется засвидетельствовать уважаемым алисаманам, что данная критика последнего альбома КК дана как-то не с позиций православного церковного человека, и не хотелось бы, чтобы она вводила кого-то заблуждение.
Случилось сначала прочитать статью В.Ветюкова в "НГ", и, хотя от нее там действительно оставили "рожки да ножки", суть дела в оригинале примерно та же. Прежде всего, странно для православного помещать материалы в столь одиозном издании как "НГ", собирающем грязные сплетни в адрес Православия. А главное, никак не могут быть для воцерковленного человека образцом правильного взгляда на вещи "недогматический подход к вере" БГ и высказывания типа: "те, кто ставит между религиями перегородки, поступают нелепо",-пусть даже из уст людей талантливых и уважаемых, но, будем надеяться, со временем откроющих для себя большие глубины. Владимир Ветюков явно не одобряет то, что Кинчевым "не то, что ислам, другие христианские конфессии, не говоря уж о религиях Дальнего Востока категорически не принимаются". Автора восхищает чтение Борисом Борисовичем китайских философов и посещение им Непала. Но это не православный взгляд на вещи. По статье получается, что более всего автор склоняется к взглядам суперэкуменическим. А это учение небезопасно.
На протяжении всей статьи чувствуется желание автора поставить в пример "грешащему чрезмерной прямотой в изложении своей веры" Кинчеву - БГ, который, по мнению автора, "умеет петь о Духе, не опошляя песни упоминанием Божьего имени всуе". Да, в таланте, красоте слога, определенных мудрых наблюдениях, большом остроумии этому корифею отечественной рок-культуры, конечно, отказать нельзя. "Серебро Господа моего" - произведение, действительно, гениальное, но чуть ли не единственное, где БГ говорит о Боге с благоговением. Пятнадцать лет назад оно помогло мне прийти к Богу. Но горячее Богоискательство раннего БГ впоследствии свелось к самоуверенному фамильярничанью с Богом. Да, "дыхание мира горнего" в его песнях ясно звучит. Но человеку, знакомому с сокровищем Православия, этого уже мало, это уже не интересно. А в песнях КК есть глубокие духовные прозрения, полезные и утешительные и для церковного человека.
Глубоки ли иносказания БГ, если они соединены с отсутствием страха Божия, и действительно ли так прекрасно отсутствие определенных представлений о Боге? Некоторые фразы (о пророке Моисее и Ное в "Человеке из Кемерова") из того же альбома "Песни рыбака" иначе как кощунством не назовешь, пусть даже и ненамеренным. Исполнение же Борисом Борисовичем означенного романса Вертинского (творчеству которого вообще свойственна тонкая романтизация зла и который, между прочим, был агентом НКВД) в присутствии священников, на мой взгляд, было просто оскорбительно. А вот Константин Евгеньевич кощунства никогда не допускал, даже молодой и некрещеный. Благодаря последовательному поиску всей его жизни, он пришел к вещам вполне определенным, и почему теперь он должен идти вспять к туманным догадкам? Действительно, в каждой религии есть искры богопознания, но зачем гоняться за искрами тому, кто сидит у самого пылающего огня? Владимир Ветюков почему-то более всего одобряет внеконфессиональность в искусстве, но вправе ли кто-либо требовать этого от художника? Художник пишет о том, что он любит и чем наполнена его душа. Лично меня, уважаемый Владимир, нисколько не умиляет, что приезжая с Тибета БГ в храме свечку ставит, ведь в Евангелии сказано: Не всякий говорящий Мне: Господи, Господи, войдет в царство небесное, но творящий волю Отца Моего Небесного (От Матфея, гл. 7, ст. 21). А может ли один и Тот же Бог разным народам давать противоположные заповеди, вплоть до истребления одними народами других, и предлагать им в корне противоположную религиозную практику? Может быть, все-таки, не все Его правильно понимают? Ответ КК ребятам-мусульманам, что они с ним "не вместе" - есть не жесткость, а констатация объективного печального факта: если люди разномыслят в самом главном (хотя для В.Ветюкова это всего лишь разница "по букве"), это не может восполнить музыка и другие, пусть светлые идеи. "Чтобы нам вместе помолиться,- сказал посетившим его католикам Афонский старец Паисий,-нам нужно сначала согласиться в основных принципах веры. Да, действительно, мы все дети одного Бога, но одни из нас находятся в Его доме, а другие-вне его". Вот и вопрос, с кем же таки "вместе" раб Божий Владимир? Разве что с Борисом Борисовичем, что, при всем уважении к последнему, трудно признать православной позицией. Уж, во всяком случае, не со священномучеником Киприаном Карфагенским, который говорил: "Кому Церковь не мать, тому Бог не Отец", и кровь за это, между прочим, пролил...
Простите за немузыкальные аргументы, конечно, далеко не всем алисаманам близкие, но ведь Владимир-то в качестве православного критика выступает. Поэтому я не могу с ним не спорить. На мой взгляд, говоря о "культурных прорывах" автор смешивает две разные вещи. Одно дело - обращение к иным культурам - как, действительно, происходит в песне "Лодка"-что абсолютно нормально, но совсем не обязательно для художника. И совсем другое дело - отказ от определенности в религиозных воззрениях. Песня - не богословский трактат, в ней нельзя все толковать буквально, но есть определенная грань, за которой для человека, уже пришедшего в Церковь, каковым является КК, начинается отречение от своей Веры. Преподобный Феодосий Печерский говорил: "Если к тебе придет иноверец, окажи ему любовь и гостеприимство, но если ты будешь хвалить его веру, ты тем самым будешь хулить свою". Вот этой-то грани Константин Евгеньевич нигде не переходит, и почему для художественности ее якобы надо переходить? И это ли В.Ветюков называет нетерпимостью? Если произведение создается с целью декларировать какие-либо идеи, то, как известно, получается что-то из серии "Широка страна моя родная..." А если автор статьи "Небо рока" признает песни КК подлинно художественными, вдохновенными произведениями, значит, они излились из сердца. Что же, Кинчев должен был свои переживания и мысли корректировать в соответствии с общепринятыми взглядами? Должен был бояться чьих-то домыслов или подстраиваться под чьи-то вкусы? Но это и будет лицемерие, чуждое и року, и Православию ("Каждый пишет, как он дышит",-как там у Булата Шалвовича...) Познав полноту Истины, Кинчев, именно как предельно честный художник, любой компромисс и любую полуправду воспринимает как фальшь.
На мой взгляд, "прямое упоминание православных символов в каждой песне" это еще никак не "нравоучения", а всего лишь использование тех образов, которые художнику близки и дороги. И мне, православному человеку, навязчивыми они никак не кажутся и "ущерба духу" я в них не вижу. Вряд ли многотысячные залы молодежи стали бы терпеть "занудство" и "зацикленность", в которых автор статьи обвиняет Кинчева. Не "мальчики" ли (вернее, орки) "кровавые в глазах" - в "Небе славян" услышать агрессию и экстремизм? Не больная ли это фантазия автора статьи, отдающая русофобией? Мне вот слова "в ответ инородцам кольчугой звенит русская речь" напоминают лишь одно - изречение св. блгв. Александра Невского: "Кто к нам с мечом придет, от меча и погибнет". Всякому понятно, что у России есть реальные враги, и внутри, и снаружи, и вполне нормально для православного человека и патриота иметь это в виду. Хочется спросить уважаемого Владимира: если в церковных молитвах испрашивается победа над агарянами, над "супротивными", звучат просьбы укрепить православные народы, вознести их над врагами-здесь тоже "педалируется идея противостояния "басурманам" и вообще иноверцам"? А для того, чтобы "не терялся универсальный характер Восточного Православия" Кинчев, наверное, не про русских должен петь, а про греков и грузин, используя их национальную культуру? Не думаю, что если концерты КК посещают скинхеды, он не должен петь о Боге для всех остальных. И уж никак не в духе Православия со стороны автора статьи обзывать свиньями, гопниками и "зверинцем" незнакомых ему людей, которые сегодня, выпив пива, пошумят на концерте, а завтра послушают те же песни дома вполне осознанно. А пассаж про замену нескольких слов в песне "Инок, воин и шут" и вовсе спекулятивный. Если в православном Символе веры некоторые слова заменить, то тоже мусульманское салавати получится. Но в этом не Символ веры виноват. Вобщем, странно опять-таки для православного человека обвинять Православие в "ура-патриотизме". Снова здесь позиция В.Ветюкова смыкается с русофобскими тенденциями желтой прессы, всякого выражающего любовь к России и русским обвиняющей в фашизме и антисемитизме. На мой взгляд, все его аргументы перевешивает веселая алисаманская кричалка: "Вышел Кинчев из тумана!
Думаю, что тысячи ребят, которые действительно могли бы стать гопниками, люберами, ампиловцами, членами преступных группировок, благодаря колоссальному творческому потенциалу "Алисы" объединились вокруг идей вполне светлых и симпатичных, а многие со временем придут и к совершенной Истине. И хочется мне отнести ко всем нашим русским православным музыкантам, которых клюют справа и слева все кому не лень, слова Гамалиила из Деяний святых апостолов: Отстаньте от людей сих и оставьте их; ибо если это предприятие и это дело - от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками (Деян. гл.5, ст. 38-39).
С уважением к оппонентам, но с желанием справедливости для КК, да и для Православия, Галина АЛЕКСАНДРОВА (Храм Св.Духа, г.Москва).
Ниже мы приводим статью Владимира Ветюкова: Небо русского рока. Рок музыка всегда была тесно связана с религией. В нашем отечестве эта связь ощущалась, быть может, острее, чем на Западе. Отчасти потому, что оба явления в советское время преследовались властями и оказались, как бы, в одном идеологическом стане. В начале 90-х годов их пути значительно разошлись. Конечно, большинство российских рок музыкантов продолжали религиозный поиск, о чем свидетельствовали в своих песнях. Однако, именно богоискательство - интерес к европейскому мистицизму, дальневосточным религиям, гностический дуализм рок музыки вызывали недовольство многих пастырей Православной Церкви. У музыкантов также не вызывали доверия тенденции церковного руководства к авторитаризму, возрождение не лучших - "ура-патриотических" тенденций русского Православия. Однако, с середины 90-х годов ситуация стала постепенно меняться. В телепередаче Диброва "Антропология" частым гостем стал известный московский режиссер Иван Охлобыстин, говоривший о своей церковности и о желании нести веру друзьям - рок музыкантам. Все чаще и чаще в своих интервью лидер группы "Алиса" Константин Кинчев сообщал о том, что укореняется в Православии. Вскоре это стало отражаться и на его песнях. К 2000 году Православие среди рокеров стало весьма популярно. О принадлежности к "самой традиционной российской конфессии" заговорили и Юрий Шевчук, солист всенародно популярной группы Д.Д.Т., и Гарик Сукачев из группы "Неприкасаемые". Даже металлическая группа "Ария", знаменитая когда-то своим хитом "Антихрист", теперь стала петь такие "программные" вещи, как "Небо тебя найдет" и "Штиль" (в последней песне в символической форме описана голгофская жертва Христа и таинство Евхаристии). Помнится, в одном из интервью гитарист группы Владимир Холстинин сокрушался, что, вот, в группе он один остался неверующий, и ему очень трудно понять соратников, которые из-за религиозных взглядов требуют переделать концертные афиши, так как на оных во лбу у монстра пятиконечная звезда изображена двумя лучами вверх. Получается сатанинская пентаграмма, а вот, когда звезду "перевернули" (сохранив ее во лбу у монстра), музыканты приняли макет афиши. Кстати, на юбилейных концертах группы летом 2002 года, вокалист Валерий Кипелов во время исполнения "Антихриста" уходил со сцены - песня звучала, как "инструментал", а во время вполне христианской песни "Понтий Пилат" над сценой висело огромное распятие... Однако, Константин Кинчев и его группа "Алиса", безусловно, лидируют в плане проповеди православных идей языком рок музыки. Если на альбоме 1998 года "Дурень" группа запускала, как бы "пробные камни", в виде песни "Дурак и Солнце" (песни очень иносказательно описывающей путь юродивого к Христу), то на последующих дисках о Православии пелось все более открыто и явно. Новый альбом группы, под названием "Сейчас позднее, чем ты думаешь", по уровню "православности" перекрывает, пожалуй, все, что в российском роке появилось за последние два-три года.
"Сейчас позднее, чем ты думаешь", или "Небо славян"
Честно сказать, выход нового альбома "Алисы" я ожидал с заметным скепсисом. Содержание будущего диска я, в общем-то, уже знал. Записанные на альбоме песни исполнялись группой как концертная программа "Небо славян" уже на протяжении почти двух лет. Хорошее качество звука на выступлениях коллектива (свидетельство музыкального профессионализма) позволяло прекрасно разобрать слова. "Алиса" - группа текстовая. Кинчев, скромно именующий себя "шутом", на деле, безусловно, - один из самых глубоких поэтов русского рока, и на его концерты публика идет, чтобы услышать Слово. Но, именно слова большинства новых песен, вызывали у меня (да, думается, и у многих давних "фэнов" Алисы) весьма двойственное впечатление. С одной стороны, в новых произведениях поэтический дар Кинчеву явно не изменяет. Он, по-прежнему, Мастер слова (это, если говорить о художественной стороне его текстов). Что же касается содержания, то православная тематика порой начинает казаться чрезмерной. Кроме того, "здоровый патриотизм" в новых песнях Константина, иногда перерастает в нетерпимость и агрессию. Когда Костя объявил о том, что на обложку нового альбома поместит фотографии добровольцев с "абсолютно лысыми головами" я подумал: "Плохо дело, Костю в очередной раз "несет", о чем он, правда, и сам с иронией говорит в песнях и интервью. Теперь, вот, фото "скинхедов" на своих дисках помещает из соображений ура-патриотизма". Однако, купив кассету, я понял, что Кинчев по-прежнему оригинален и непредсказуем. Вопреки ожиданиям, альбом назван не "Небо славян", а "Сейчас позднее, чем ты думаешь". "Абсолютно лысые" на обложке представляют не патриотов, идущих биться со злым ворогом, а слуг будущего царства Антихриста со штрих-кодом на бритых черепах. Увидев все это, я невольно укорил себя за то, что недооценил кинчевскую фантазию и скорее пошел домой слушать альбом. Как сказал диакон Андрей Кураев на январском концерте "Рок к Небу" (где выступала и "Алиса"), рок - это музыка, возвращающая человеку право на одиночество, на мысль. Надо заметить, что при одиночном прослушивании и возможности все обдумать альбом произвел на меня более интересное и разнообразное впечатление, чем я ожидал.
Credo Кинчева
Кинчев не делает секрета из своих религиозных убеждений. То, что он - воцерковленный православный христианин на протяжении уже почти десяти лет, всем хорошо известно. Для той части российской молодежи, которая совмещает православную веру с любовью к рок-музыке, позиция Кинчева, бесспорно, очень важна. В ответ на упреки со стороны слушателей Радио Радонеж и читателей брошюрок, типа "Сатанизм и рок-музыка", что, мол, вы, ребята - не православные совсем, "ибо внимаете гласу грешников и язычников", всеми фибрами прогнившей души своей ненавидящих Святую Русь и ее Православную Веру, можно возразить, что это совсем не так. Тот кого мы слушаем - Костя Кинчев - русский, православный человек и патриот, при этом - "звезда рок-н-ролла".
Показательна такая история. Пять лет назад ехали мы с другом в комплекс Юбилейный на концерт 15-летия "Алисы". На эскалаторе метро нам повстречался православного вида бородатый дедушка, который спросил, куда это вся молодежь едет. Получив вполне вежливый ответ, он сказал с упреком, что надеялся, будто все в храм на вечерню спешат (а была, как раз суббота). На том бы разговор и закончился, не будь это именно концерт "Алисы". Тут дедушка и узнал, что в церковь ребята пойдут завтра (и вправду, на следующий день я ходил на литургию), а Кинчев теперь православный и всех за собою зовет. Слегка "прибалдевший" старичок некоторое время, конечно, ворчал, что мол не укладывается в его голове, как это так - православие и рок-музыка. Но ворчал он беззлобно, и расстались мы довольно приветливо. А выйдя из метро, я услышал, как в соседнем с Юбилейным Князь-Владимирском соборе зазвонил к вечерне колокол. Еще раньше, семь лет назад, когда Кинчев только-только вслух заговорил о своей вере, я начинал собственный путь церковного человека. И музыкальным "фоном" к происходившей в моей жизни перемене были два самых знаковых альбома "Алисы" - "Блок Ада" (1987) и "Шабаш" (1991). "Я начинаю путь, возможно в их котлах уже кипит смола, возможно в их вареве ртуть, но я начинаю путь" - пел я вслед за Костей. Странное дело, но песни с этих альбомов, написанные Константином задолго до его крещения, и по сей день воспринимаются как призыв начать "невидимую брань" - битву со злом в собственном сердце. В них чувствуется сильный духовный порыв и, при этом, полное отсутствие всякой дидактики. Что же касается новых творений Кинчева, то при их прослушивании не покидает странное ощущение. Вроде, и хочется "просветлеть лицом", внимая "духовным стихам", положенным на качественный современный "саунд", но из-за нарочитости песен, нет-нет, да и скривишься в недоброжелательной ухмылке. С одной стороны, очевидно, что автор действительно глубоко понял и прочувствовал православную духовность. В новых текстах настроение церковного человека выражено очень точно. Как кажется, когда Кинчев в интервью говорит о том, что ведет регулярную евхаристическую жизнь и читает труды Паисия Святогорца, он предельно искренен. В одной из рецензий на новый альбом, выложенных на официальном сайте "Алисы" в интернете, написано, что новые песни группы по настрою подходят, чтобы укреплять уже устоявшихся в вере. С этим вполне можно согласиться. С другой стороны - прямое упоминание православных символов практически во всех (!) песнях с нового альбома "Алисы" выглядит очень навязчиво. Это замечательно, когда вера охватывает поэта целиком и полностью. Но творческий человек на то и носит "звание" творца, что может свою веру выразить глубоко и, при этом, не скатиться из искусства в нравоучения. Для этого есть духовники (данный момент Кинчев и сам порой подчеркивает в своих интервью, однако, на деле не всегда способен следовать собственным словам). Рок музыка же - явление очень свободное. Любое "занудство", "зацикленность" на букве в ущерб духу с нею не сочетается и выглядит просто нелепо.
Помнится, в середине 80-х годов в православную веру обратился Борис Гребенщиков - другая "культовая фигура" отечественного рока. Известно, что он ездил в Оптину Пустнынь, на Соловках подвиг своих поклонников креститься, периодически посещал службы в тогда еще ленинградской Духовной Академии. В тот период группа "Аквариум" была на пике своей популярности. А ее легендарный лидер создал ряд, быть может, лучших своих песен. В некоторых из них религиозная тематика упоминается напрямую ("Серебро Господа", "Мальчик", "О лебеде исчезнувшем", "Боже, храни полярников"). В некоторых религиозные символы зашифрованы, как в притче ("Хозяин", "Рыба"). Гораздо больше песен, где о духе не говорится прямо, однако дыхание мира горнего чувствуется предельно ясно. Блеском "звезды Аделаиды", "Лебединой сталью в облаках" нисходит инобытие в сердце слушателя. Быть может, этой мягкости, ненавязчивости религиозного в поэзии Б.Г. способствует его недогматический подход к вере. Параллельно с Евангелием, он читал сочинения китайских философов, которые учили видеть проявления Истинного Бытия во всех вещах нашего текучего и изменчивого мира. И поэтому, наверное, Боб и умеет петь о Духе, не опошляя песни упоминанием Божьего Имени всуе. А рок-концерт, все же, - суета. И, может быть, нести в эту суету Свет нужно так, чтобы он наполнял собою все незаметно для суетного ока. Когда, подобно древним христианам, Б.Г. поет о Спасителе как о "рыбе, что плавает быстрее всех", чувство такта к святыне не нарушается. Те, кто может - поймут, или сердцем почувствуют, а те, чье сердце глухо - не посмеются. А, вот, когда Кинчев на стадионе поет о том, чтобы "присягать Пресвятой Троице" и "мы православные", а толпа слушателей внизу бездумно "рубится", трясет головами, дыша пивным перегаром, то, даже те, кому близок именно смысл песен, не могут не вспомнить предостережение Христа о том, что не гоже давать святыни псам. Нет, я не против того, чтобы "рубиться". Любому молодому человеку это, так или иначе, необходимо. Но для подобного у "Алисы" есть масса старых добрых песен, в которых не обнажается прилюдно Имя Духа Святого.
Конечно, Кинчев как яркий художник, порой находит замечательные иносказательные образы. Он отнюдь не всегда грешит чрезмерной прямотой в изложении своей веры. Так, в песне "Званые" содержится, на мой взгляд, одно из лучших в русском роке описаний духовного состояния православного человека: "Слушайте в себе крик живого огня - званые до Последнего Дня. В каждом из живых звонница Родника. Званые через века". Этот образ заставляет верить как в искренность Константина, так и в его поэтический дар. "Нас гнет ярмо басурман" - Патриотизм "по-кинчевски"? Помимо несколько навязчивой религиозной тематики в новых песнях Кинчева смущает то, что православие в них предстает некой "русской религией". Да, Кинчев иногда несколькими фразами емко и красочно, хорошим русским языком описывает течение нашей истории. В песне "Без Креста" он поет о том, как "вероломных учили по льду, да секли кочевых по полям", как "ширил края атаман от Урала до Южных Курил", как русские люди "на Восток поднимали алтарь, да рубили на Запад окно". Здесь Костя выступает достойным учеником Николая Гумилева, который, как известно, стихотворением о Распутине "Мужик" "научил поэтов, как писать стихи, а историков - как писать историю".
Однако в ряде песен патриотизм оборачивается нетерпимостью. В песне "Небо славян" "в ответ инородцам кольчугой звенит русская речь". Участь нации описывается так: "нас точит семя Орды, нас гнет ярмо басурман, но в наших венах кипит Небо славян". На альбоме последний припев данной песни тонет в ритмичном топоте солдатских сапог. За смесью из "русскости" и "внешнего благолепия" теряется универсальный характер восточного христианства. Педалируется идея противостояния "басурманам" и вообще иноверцам ("Небо славян", "Непокорные", "Без креста"). Помнится, задолго до своего "православного периода", на знаменитом скандальном концерте в Ленинградском комплексе Юбилейный осенью 87-го, Костя посвятил песню "Компромисс" "иностранным гостям, ментам и прочим гадам". Видимо, "старое вино" агрессии, увы, всегда сопутствовавшее имиджу "Алисы", сейчас успешно разливается в новые, русско-православные мехи. Когда видишь, как на концерте, повторяя вслед за "кумиром" фразу припева "Моя светлая Русь", прыгают сотни полуголых бритоголовых "гопников", не знаешь, смеяться или грустить. Ведь это и есть - тот самый "зверинец", который обрушат в "шахты геены" четверо всадников Апокалипсиса (песня "Всадники"). Если из Родины делается идол, то это противно Христу. Как известно, пред Богом "несть ни жид, ни еллин". Христиане, независимо от гражданства и национальности - единый народ. А несогласных нужно терпеливо вразумлять Словом.
Забавно, что музыкальное сопровождение идеологически-агрессивных текстов сделано с учетом новых "индустриальных" веяний в западной "тяжелой" музыке. Иногда "саунд" группы настолько смахивает на звучание немецкой команды "Rammstein", что кажется, Кинчев, вот-вот, запоет на языке Ницше. Получается эдакий "Русский Рамштайн".
Когда-то, об альбоме "Блок Ада" писательница Нина Барановская писала, что слушая его представляешь, как седлают коней черно-красные всадники, отправляющиеся на бой за Солнце супротив Тьмы. Увы, когда слушаешь "Небо славян", и вспоминаешь виденное на концерте, представляются не всадники, а слаженно марширующие колонны орков Мордора, готовых уничтожить всех инакомыслящих, всех не согласных с мнением Предводителя. И все тонет в грохоте солдатских сапог...
Благослови на войну На официальном сайте "Алисы" я видел послание Кинчеву от ребят из Татарстана, которые спрашивали, может ли Кинчев теперь адресовать свою давнюю песню "Мы вместе" и им - мусульманам. Кинчев жестко отвечает - нет. Причем комментарий таков, что он-то со своими единомышленниками вместе, а вот иноверцы с ним не вместе. Судя по Костиным высказываниям, он абсолютный антиэкуменист. Не то, что ислам, другие христианские конфессии, не говоря уж о религиях Дальнего Востока, им категорически не принимаются. Однако, помимо своей воли, Костя, порой совершает своеобразные "культурные прорывы" в чужую религиозную традицию. И это происходит в песне "Инок, Воин и Шут", где речь идет о том, что "невидимую брань", "всяк на своем рубеже" ведет каждый православный. Еще на концертах, я заметил, что если в этой песне заменить несколько слов ("инок" - на "дервиш", например), то получится настоящий гимн мусульманских "шахидов". "Благослови на войну", "так собирались в поход ратные люди", "солдату дана благодать - с Богом надежнее жить, с Богом легко умирать", "вера родной стороны - песня, молитва, и меч"... Слушая такое, видишь стройные ряды иранских гвардейцев, марширующих перед портретом Хомейни. А фраза "сколько шакалов, да псов скалится с разных сторон" вообще вызывает в памяти образ схватившегося за кинжал имама Шамиля в черкеске с газырями и лохматой папахе, и продолжение фразы, что мол, скалятся-то шакалы "на золото наших хлебов, да золото наших икон" звучит несколько неубедительно. Я, кстати, вполне согласен с тем, что православный человек - в любом случае - воин. И, в общем, мне нравится эта костина песня. Однако, слушая ее, я не могу не улыбнуться и мысленно сказать обиженным татарским ребятам, что по букве-то Костя, конечно, с вами не вместе, а вот, по духу песен... Все, что дано любить, а всего нам, увы, не счесть Да, конечно, нужно сохранять границы своей веры, не смешивать ее с чужими учениями. Однако, "всемирная отзывчивость" русского народа предполагает терпимое и уважительное отношение к чужим воззрениям, в которых, быть может, тоже есть искра высшей правды. Не теряя своей уникальности, можно проникнуть в чужую духовную культуру, почувствовать ее вкус, как это происходит во многих песнях Гребенщикова. Интересно, что в своем старом творчестве Кинчев тоже был способен на такое "культурное визионерство". С потрясающей силой им написана песня "Весла" на стихи средневекового китайского поэта Су Дун По. Там поется:"Ветер жизнь в природу вдохнул, и во все, что в природе есть, и во все, что дано любить, а всего нам, увы, не счесть..." В "Веслах" есть замечательное соло на клавишных и электрогитаре, мелодически близкое китайской музыке. Когда я слушаю "Красное на черном" или "Пасынок звезд", мне кажется, будто звучат "гаты" древних зороастрийцев. "По ошибке? - Конечно нет, награждают сердцами птиц - тех, кто помнит дорогу наверх, и стремится броситься вниз". "Да охранит тебя Солнце от мутных зрачков". Причем, я уверен, что в гении Кинчева и его музыкантов такие культурные "прорывы" происходят зачастую непреднамеренно. Так, на новом альбоме в самой созерцательной и, по моему, самой искренней песне "Душа", несмотря на чисто-православную тематику, вдруг прорывается древне-китайский поэтический образ. Души возгордившиеся, не нашедшие духа, необходимого, чтобы взлететь, по Кинчеву, пытаются "ветку-жизнь под себя ломать". Образ ветви, гнущейся под снегом, но не ломающейся - как символ гармонии с Жизнью, в которой пребывает блаженный праведник, встречается в даосских трактатах. Как известно, в середине девяностых Гребенщиков часто летал в Непал, где погружался в духовную традицию тибетского буддизма. А сейчас, возвращаясь из Индии, где практикует йогу и изучает традиционную музыку, зажигает свечи в православных храмах. На вышедшем в нынешнем году диске "Песни рыбака" (кстати, Кинчев оценивает этот диск очень высоко, в интервью говорит, что сам еще не достиг такой легкости и изящества в слове, как Б.Г.) есть опус "Туман над Янцзы". Там встречаются строки: "А я все пою, и все вокруг Бог, я сам себе суфий и сам себе йог. В сердце печать неизбывной красы, а в голове туман над Янцзы". И хочется верить, что любовь к сущему, созерцательность, "право на одиночество" в русском роке, все-таки, окажутся более стойкими, чем новомодные стадные веяния.
Рок к небу
14 января 2003 года мне довелось побывать на концерте "Рок к небу". Это был первый рок-концерт, получивший официальную поддержку Православной Церкви. Средства, вырученные за этот концерт, пошли на создание православных приходов в зданиях вузов Санкт-Петербурга. Еще на подходе к Ледовому дворцу, где проходил концерт, я в толпе заметил диакона Андрея Кураева. Уже потом, из интервью с ним я узнал, что он специально прогуливался среди зрителей, "изучая" лица пришедших, дабы как-то сориентироваться в том, каким должно быть обращение к залу, которое он собирался произнести в середине концерта. Концерт был весьма хорошим. На нем были представлены все основные спектры понимания Православия современным русским роком. С программой "Небо славян" выступала "Алиса". Кстати, начал Кинчев с песни Цоя "Весь мир идет на меня войной". Сейчас среди христианской молодежи порой звучат мнения о том, что Виктор Цой, открыто никак не высказывавшийся о своей религиозности, в иносказательной манере, во многих своих песнях воплощал христианские идеи. Следом за Кинчевым выступали два молодых коллектива. Рок-бард Сергей Калугин исполнял песни религиозного содержания в сопровождении музыкантов одной металлической группы. Получилось, что "метал" на концерте был представлен не только рамштайновскими вступлениями песен "Алисы". Такая проповедь веры "огнем и железом" сменилась мягкими "реггей" группы "Ковчег". Вокалистка коллектива Ольга Арефьева (лучший женский голос на нынешней российской рок сцене) песню о Великом Все предварила фразой, что те, кто ставит между религиями перегородки, поступают нелепо, ведь стрелять не в кого - кроме Бога вокруг никого нет. Стало любопытно, как это воспримут Кинчев, с его "благослови на войну", и Кураев, который известен своей острой полемикой с другими религиозными учениями. Хитом "Нашего Радио" "Дорога, ведущая в рай" Арефьева хорошо подготовила зал к выходу Гребенщикова. Борис Борисович, сначала показал, что в формальный елейный дух мероприятия не вписывается, спев "Брат никотин" со словами "не хочу ходить строем, хочу ходить один", а потом романс Вертинского, в котором женщина "швырнула в священника обручальным кольцом". Однако, уже этим романсом, который Б.Г. часто исполнял 15 лет назад, он вернул всех в ностальгическую атмосферу своего "православного периода". Затем прозвучали "Серебро Господа" и "Небо становится ближе" - самые глубокие, на мой взгляд, песни о Высшем в российском роке. В них действительно ощущались "свет и любовь".
После Б.Г. выступал Шевчук. Всенародно любимый певец, самый душевный на российской рок сцене. Он не делает из Православия идеологию, как Кинчев, не увлекается мистицизмом, как Гребенщиков. Он пел и "Люби всех нас, Господи тихо", и о том, что "Путин едет по стране, все по-прежнему в говне". Его песни, в которых обычные, уличные образы чередовались с религиозными, добавили концерту искренности, не дали ему превратиться в эдакое рок-шоу протестантской церкви с бесконечными "Иисус любит тебя". Шевчук пригласил на сцену Кураева. И тот выступил с очень хорошей проповедью о том, что русский рок - это обращение к личности каждого, и о том, что это - толчок к диалогу с Небом. Между выступлениями на висевший над залом экран выводились очень красивые фотографии русских монастырей, из динамиков звучало монашеское пение знаменного распева. С рок музыкой это сочеталось хорошо. Может быть, из-за духа, а может, просто, из-за мелодики. Ведь, вслед за средневековыми предшественниками, рок музыканты часто используют пентатоническую гамму. Завершал выступление весьма "внеконфессиональный" художник Вячеслав Бутусов. Он спел и про "Воздух", который "выдержит только тех, кто верит в себя", и про "бриллиантовые дороги", на которых боги оставляют следы. А в завершение Слава исполнил цоевскую песню "Звезда по имени Солнце". И подумалось о том, что Христос - Солнце незаходящее, а Солнце - это звезда. И известная рок-опера называется "Иисус Христос Супер-звезда"...
В конце шоу на сцену вышли Кураев и молодой темноволосый священник. Батюшка благословил зал образом Богородицы, подарил несколько образов музыкантам. Высказал сожаление, что Гребенщиков был простужен и не смог остаться до завершения концерта. Видно было, что к Б.Г. он тепло относится. Мне подумалось, что, наверное, среди студентов семинарии (которые, кстати, были на мероприятии) популярнее всего именно Гребенщиков. Концерт закончился. Осталось приятное чувство того, что дорогие сердцу вещи - рок-музыка и православная вера нашли способ понять друг друга. Диалог между Церковью и российским роком только начинается, а к чему он приведет, увидим. Как поет Константин Кинчев:
Владимир ВЕТЮКОВ, магистр востоковедения. Вокалист группы Black label
МИССИОНЕРСТВО: Союз Православных Граждан продолжает помогать воцерколвлению нашей молодежи, в том числе через диалог с современной культурой, в частности, рок-музыкой.Для чего я пришел в этот мир? Галина АЛЕКСАНДРОВА. (см.СТАТЬИ)
Оставить сообщение в гостевой книге Пресс-служба Единого Отечества |