Вновь - хитростью, огнем и мечом?

Ольга Кравец

Сегодня с особой остротой стоит проблема окатоличивания православных. В Одессе собираются открыть экзархат. Не достаточно для них захваченных западно-украинских земель, змея экспансии ползет дальше, на вожделенный Восток. Воспоминаются события начала девяностых годов, когда при попустительстве властей на растерзание греко-католикам были отданы три православных епархии. Использовав батальоны УНА-УНСО, они буквально выбили верующих из православных храмов. Не забудем этого. Этот небольшой очерк взят из незаконченной пока книги, посвященной Новомученикам и Исповедникам Российским и носящей Великопостный характер. Несомненно, для большего и сугубого покаяния посылает нам Господь испытания и в виде новой католической экспансии, как говорит в Соборном послании святой апостол Иаков,- "Блажен человек, который переносит искушение, потому что, быв испытан, он получит венец жизни, который обещал Господь любящим Его" (1, 12). Не будем заблуждаться: греко-католики - это авангард Ватикана на Украине.
...Весна едва коснулась древних буковинских лесов. Кое-где на проталинах появились первоцветы. Среди белого снега на черноте земли радостно приветствовали солнце жизни маленькие нежные растеньица. Казалось, воздух наполнен незримым звоном их хрупких колокольцев. За опушкой начиналось большое село. Хорошие хозяева живут здесь - об этом свидетельствуют добротные дома. Старинная церковь Покрова Пресвятой Богородицы собрала в этот вечер практически всех односельчан. Они очень любят своего батюшку. Русые волосы и борода золотистым сиянием венчают его худощавую фигуру, а в огромных глазах, казалось, оражается небо. Великопостный гимн - молитва святого Ефрема Сирина объединила верных в бесконечности православного устремления. Звучит высокий голос священника: "Господи и Владыка живота моего! Дух праздости, уныния, любоначалия и праздословия не даждь ми! Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему! Ей, Господи Царю, даруй мне зрети мои прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков..." Из поколения в поколение жили они здесь, знали друг о друге почти всё. И, воистину, единым духом молились, едиными устами произносили слова и единым телом опускались на колени. Но почему вдруг послышались тревожные крики грачей - этих глашатаев весны? Чужие люди входят в храм, заполняя его по периметру. На рукавах повязки с надписью: "УНА-УНСО". Подобием двух зловещих змеев распространяются молодчики. Всё это совершается в удивительно - напряжёной молитвенной тишине: "Боже, очисти нас, грешных!" За Святым Престолом захватчики объединяются, став живой тёмной стеной, движущейся неумолимо, как грязевой сель. Двое из них поднимают священника и влекут с амвона, остальные достают дубинки. Увидев это, батюшка просит:
- Не трогайте их, возьмите меня.
Прихожане опускаются на колени, сложив крестообразно руки на груди, многие плачут,- сквозь них прошла к выходу националистическая шеренга бойцов. Молитвенное пение народа сопровождает их.
В этот вечер домой увели только маленьких детей. На рассвете общая молитва прервалась горестным женским криком и рыданием. За одну ночь поседевшая матушка войдя в притвор, лишилась чувств. Немного времени спустя, она только и смогла прошептать:
- Там, за кладбищем...
Люди устремились на окраину села, к опушке леса. Жуткое карканье птиц разрывает сырую тишину мартовского утра. Тяжёлые лилово-серые тучи нависают над деревьями и посылают на землю замёрзшие капли своих слёз. Кроваво-алые солнечные блики, как бы ножами, прорезают эту туманную завесу. В растаявшем снегу лежит растерзанное тело священника, огромные выжженные глазницы его смотрят в небо...

Ольга Кравец, обозреватель пресс-службы "Единого Отечества"