29.09.08

«Европейское радио для Беларуси» в очередной раз удивило своих слушателей, сообщив: молодые белоруcы вознамерились устроить в польской столице шествие. Его маршрут – от памятника Шарлю Де Голлю до мемориальной доски Балаховичу по кличке Булак (перекати-поле), вывешенной на одном из варшавских домов. И повод назван: почти полтысячелетия назад произошло сражение под Оршей, когда войскам Московского государства так и не удалось освободить город, находившийся под пятой Речи Посполитой.

Нью-йоркское… «Еврорадио»

Удивляет в этом сообщении многое. Например, то, что журналисты «Еврорадио» решили по своему усмотрению установить в суверенной Беларуси государственные праздники.  Ведь дата, когда произошло сражение и которую решили отметить, названа ими ни много ни мало днем белорусской воинской славы.

И вообще все привычные для белорусов факты искажены, переиначены как бы на «европейский» манер. Например, радикалы из националистического крыла белорусской оппозиции названы «патриотические силы». Умалчивая о генеральском  звании чтимого французами  политического деятеля, «радийщики» тем не менее присвоили его орудовавшему в 20-е годы в Белоруссии политическому авантюристу. А кучку озлобленных эмигрантов «Еврорадио» называет «белорусская молодежь», да причем так недвусмысленно и внятно, что, слушая сообщение, можно прийти к мысли, будто вся мало-мальски сознательная белорусская молодежь и впрямь учится и работает именно в европейских столицах… Но об этом чуть позже -- сначала о самом источнике новости.

Редакция радиостанции «Европейское радио для Беларуси» находится в Варшаве, а трансляция ее передач в Беларусь осуществляется с территории Польши, Украины и Литвы. Формат передач – развлекательно-информационный, рассчитаны они на молодежь. Продекларированы и цели радиотрансляций: якобы предоставление белорусским слушателям достоверной информации о событиях в Беларуси и мире. Вещает «Еврорадио» за счет двухмиллионного гранта, который выиграла берлинская компания «Медиа консалта Дойчлянд» ГмбХ.

Значительная часть этого гранта, что характерно, перепала нью-йоркской телекомпании «Ар-ти-ви-ай», которая специализируется на идеологической обработке русскоязычной аудитории во всем мире. Передачи ее адресованы не только гражданам стран СНГ и Балтии. Вещание на русском языке ведется и в Германии, Израиле, Великобритании, Испании, США, Канаде, Австралии. Телекомпания выступает соисполнителем проекта «Еврорадио», которое, как вы сами догадываетесь, следовало бы называть не европейским, а американо-европейским.

На первый взгляд, продекларированные этой радиостанцей  цели выглядят пристойно. Но каковы они в действительности? И с чьей подачи пичкают белорусов пропагандистскими мифами, вещая с территории соседних государств?

Политические вирусы

Ни для кого не секрет, что в начале 90-х прошлого века расплодилось множество наемных националистических лжеисториков, которые за западные гранты насочиняли немало политизированных мифов. Мифы те сенсационны, предельно просты и не поддаются разрушению с помощью рациональных аргументов. Это не что иное, как политические идеи-вирусы. Пораженный ими человек сам, хочет того или нет,  становится источником распространения идеологической заразы.

Внушают публике, к примеру: белорусы и русские якобы совершенно чуждые друг другу народы. Русские, мол, вовсе никакие не восточные славяне, а некая гремучая смесь монголов с уграми, в отличие от белорусов, которые балты. И русские якобы никогда не приходили на белорусскую землю как освободители – они завоеватели, оккупанты, враги.

В основу одного из таких наиболее раскручиваемых мифов с целью разжигания белорусско-русской розни лег небольшой эпизод русско-польской войны 1507 – 1522 годов –  сражение под Оршей. Ныне он – краеугольный камень белорусской националистической доктрины, им разномастные «доброжелатели» и пытаются заразить всех, кого не лень. А в результате так называемый день «белорусской воинской славы» пытаются отметить не только в Беларуси или Польше -- даже в… Эстонии.

Более того, мифом-вирусом умудрились заразить самих «оккупантов», то есть россиян. Сильно порадовал белорусских националистов один из российских интернет-сайтов, объявивший день сражения под Оршей «белорусским национальным праздником». Позже владельцы того сайта одумались, убрали-таки псевдонаучную околесицу.

Чтобы убедиться в том, насколько «достоверны» информация, которую все эти, с позволения сказать, друзья славян сливают в эфир, и мифы-вирусы, которые они культивируют, следует прежде обратиться к событиям давно минувших дней.

Победа в проигранной войне

Утверждают: московский царь Василий III во главе огромного 80-тысячного войска якобы вторгся на белорусские земли, но под Оршей «оккупанты» были наголову разбиты белорусами -- доблестной армией Великого княжества Литовского во главе с гетманом Острожским.

Сначала о гетмане, который родился в городе Острог на Волыни (ныне Ровенская область), был старостой в Виннице, воеводой в Тракае. Титул гетмана литовского ему даровал польский король Сигизмунд I Старый. Кстати, полтысячелетия назад такого понятия, как «белорусские земли», не существовало. В Варшаве их называли Восточной Литвой, а в Москве – захваченной литовцами Западной Русью. Самого же гетмана (с учетом  места его рождения и интересов, за которые он воевал) вправе считать своим земляком и украинцы, и поляки, и литовцы. Но только не белорусы.

Предыстория сражения под Оршей такова: в 1512 году папа римский Юлий II начал готовить «поход на грады восточных схизматиков». Он направил к Сигизмунду, которому подчинялась тогда, кроме Польши, территория нынешней Литвы и Беларуси, послов с большой суммой денег «на заплату войску польскому». На полученный, как теперь сказали бы, «грант» король нанял в Западной Европе (православные-то жители литовского княжества не желали воевать против единоверцев) несколько тысяч конных и пеших воинов.

Великий князь московский, в свою очередь, проводил в ту пору политику воссоединения русских земель. Его желание возродить Русь, объединить Московское государство с  русскими землями, находившимися под властью польско-литовской унии, население которых исповедовало православие, было вполне естественным и понятным. Особенно если учесть, что в польско-литовском государстве усилилось национальное и религиозное преследование православного населения, то есть предков нынешних украинцев и белорусов.

Учитывая эти обстоятельства, а также военные приготовления поляков, в 1512 году московские войска вступили в военные действия против унии. Тем не менее православное население Великого княжества Литовского не воспринимало московское войско оккупантским: при освобождении Смоленска горожане даже открыли ему ворота.

А вот еще миф: «белорусская» армия якобы была в несколько раз меньше московской – аж 30.000 против 80.000!..

Во-первых, назвать то войско Речи Посполитой «белорусской» армией – значит грубо исказить факты. Во-вторых, вот какими были сражавшиеся под Оршей силы Сигизмунда, по утверждению польских же историков: 14-тысячная польская конница, 3 тысячи наемных польских пехотинцев, две с половиной тысячи всадников из числа шляхтичей-добровольцев из Великопольши и 16 тысяч литовских всадников-католиков, входивших в феодальное ополчение литовского княжества. Остальные – западноевропейские наемники. Поляками командовал Ян Свирщевский, европейскими наемниками – Войцех Самполиньский, литовцами – Константин Острожский и Ежи Радзивилл. Так что в целом московскому войску под Оршей противостояла тогда  36-тысячная вооруженная до зубов на деньги папы Юлия II рать Сигизмунда.

А каково было присутствие под Оршей войск Великого княжества Московского? Сохранилась военная карта конца XVI столетия. В ней указана численность русского войска под Оршей – всего 40 тысяч. Потому что большая часть русских войск стояла гарнизоном под Смоленском и в ставке Василия III в Дорогобуже. У Орши же оказались вооруженные лишь луками конные полки, предназначенные для разведки и рейдов, --
потому численный перевес русских под Оршей, составляющий 4 тысячи воинов, с учетом отсутствия артиллерии сводился на нет…

Так что утверждение о том, будто московское войско было «втрое большим», целиком лежит на совести журналистов «Еврорадио». 

Следующий миф: битва под Оршей была-де знаменательным событием в белорусской истории. Как видим, сомнительный средневековый триумф польского короля наши националисты выдают за «историческую победу» белорусов над русскими. А ведь подавляющему большинству граждан Польши театрализованное действо на варшавских улицах неинтересно, более того, поляков выходка «белорусской молодежи» может обидеть до глубины души – ведь победу под Оршей они считают не белорусской, а исконно своей. Польские историки давно это уже обосновали. Получается, что белорусские националисты похитили у наших западных соседей их «праздник».

В действительности же та битва была всего лишь незначительным эпизодом в проигранной Речью Посполитой войне. Серьезные, общепризнанные, снискавшие научный авторитет польские историки Михал Тымовский, Ян Кеневич и Ежи Хольцер в своем коллективном труде «История Польши» указывают: «Был захвачен Смоленск, и победа польско-литовской армии под Оршей не обеспечила политического решения конфликта». Потому в 1522 году русско-польская война закончилась окончательной победой Московского государства.

Оршанское сражение достаточно хорошо изучено военными историками. Известны построение войск с той и другой стороны, роль участвовавших в нем московских воевод, отдельные эпизоды битвы… Отряд князя Михаила Голицы атаковал левофланговую литовскую конницу, опрокинул ее -- и после некоторого сопротивления литовцы обратились в бегство, а русские преследовали их. Преследующим помешали залпы литовской артиллерии. Затем Острожский перенес артиллерийский огонь в глубь московского строя, обстрелял позиции русских. Конница отступила, но основные силы московского войска устояли.

Есть и такие исторические свидетельства: один из московских воевод, конюший Иван Челядин, повелел войскам отойти на левый берег Днепра и не мешать польско-литовской армии переправляться. Утром все польско-литовское войско было на левом берегу Днепра. Челядин вступил с Острожским в мирные переговоры, после чего тот… напал на правофланговый русский отряд под командованием Голицы. Челядин Голице не помог. Голица со своим отрядом продолжал сопротивляться, а Челядин медлил -- даже несмотря на то, что польские латники опрометчиво подставили ему фланг…

Предательство Челядина и привело к поражению. Решающую роль сыграл контрудар польских латников. После их атаки московское войско, понеся минимальные потери, рассеялось и отступило к Смоленску.

Что же касается Острожского, он вовсе не был «выдающимся полководцем», каким его изображают те, кто переписывает белорусскую историю на свой вкус. В ходе той войны Острожский  позорно проиграл битву войскам Московского государства на реке Ведроше, а затем был пленен.

Так что ни к белорусской воинской славе, ни к воинской славе вообще то сражение не имеет никакого отношения.

«Сегодня он русский, завтра поляк…»

И уж тем более ничего общего с белорусской воинской славой не имеет Балахович, к мемориальной доске которому решили проследовать молодые националисты. Станислав Балахович  родился в Ковенской губернии. Его отец Никодим Балахович -- из мелких безземельных шляхтичей. Мать Юзефа (в девичестве Шафран) – католичка. Станиславу довелось служить по мобилизации в лейб-уланском Курляндском императора Александра II полку. Там он смог настроить младших офицеров против командира. А когда интриги привели к развалу отряда, Балахович пошел служить красным.

Полк Балаховича по приказу Троцкого участвовал в исключительно жестоком подавлении крестьянских восстаний. Вскоре авантюрист вызвал нелюбовь у красных бесчинствами, хроническим казнокрадством и приписками – при реальной численности своего отряда полтысячи человек получал довольствие на тысячу двести, что послужило основанием для решения о его аресте.

Станислав переметнулся к белым. А прежнюю службу у красных объяснил так: «Я, находясь в среде большевиков, служил Родине, а не жидовской своре, против которой создал мощный боевой отряд».

Во Пскове Балахович установил жестокий и кровавый режим. Практиковались еврейские погромы, массовые публичные казни, реквизиции, в которых он лично принимал участие. Еще атаман печатал фальшивые деньги.

Казни он превращал в публичное театрализованное действо. Газета «Русские ведомости» писала: «Народная память осталась о нем нехорошая. Грабежи и, главное, виселица погубили репутацию Балаховича среди крестьянского мира. За 40 – 50 верст от Пскова крестьяне с суровым неодобрением рассказывают о его казнях на псковских площадях и о его нечеловеческом пристрастии к повешениям».

Казни проходили так: Балахович вступал в диспут с жертвой, как бы устраивая «суд народа», после чего обращался к толпе с вопросом, не желает ли кто поручиться за осужденного. Таковых не находилось. Тогда казнимого заставляли сделать самому себе петлю и повеситься… Балахович объяснял подобную поистине средневековую экзекуцию так: «Не хочу, чтобы меня обвиняли в том, что я казню в застенках. Пусть все видят».

Он активно интриговал против командующего корпусом, которому номинально подчинялся. Это вынудило командование белых арестовать Балаховича, однако он бежал к эстонцам, формально поступил на службу в эстонскую армию, что, впрочем, не мешало ему временами воевать с эстонскими частями.

В Ревеле Балахович прямо в номере гостиницы «Коммерс» арестовал известного белого генерала Николая Юденича, вымогал у него деньги. После вмешательства эстонского правительства Юденича освободили, а на арест Балаховича был выдан ордер, но атаман опять сумел скрыться. Обратился к главе польского государства Юзефу Пилсудскому с просьбой принять его на службу для борьбы с большевиками. Получив согласие, начал формировать свою добровольческую армию. Вступил в контакт с эсэровским террористом Борисом Савинковым, заручился его поддержкой.

Однажды в разговоре с Пилсудским Савинков назвал Балаховича бандитом. Пилсудский на это рассмеялся и ответил: «Да, бандит, но не только бандит, а человек, который сегодня русский, завтра поляк, послезавтра белорус, еще через день – негр. Мы об этом знаем… Он воюет с большевиками, поэтому мы его поддерживаем. Пусть они будут хоть неграми, но если борются с Советами, значит, они наши союзники».

После окончания советско-польской войны сейм потребовал от военного командования разоружить все союзные части, принимавшие участие в войне, или потребовать от них покинуть территорию Польши. Посоветовавшись с Савинковым, Балахович выбрал второе -- и всем своим войском ударил по Белоруссии.

План атамана был прост – поднять крестьянское восстание и свергнуть Советскую власть. Банды Балаховича захватили Петриков, Скрыгалов, Хомички, Прудок, Мозырь, Пинск. А когда Красная Армия перешла в наступление, он сумел пробиться к польской границе.

Польский военный прокурор полковник Лисовский, расследовавший жалобы на действия балаховцев, так описывал их «боевую деятельность»: «Армия Балаховича представляет собой банду разбойников. Каждый офицер, вступающий в его армию, обливает себя грязью, которую ничем нельзя смыть».

Под конец своей военной карьеры Балахович служил у фашистского диктатора Испании Франко советником по диверсионной деятельности.

…От доблести к бесчестью

В общем, уже сам маршрут шествия молодых белорусских «оппозиционеров» по польской столице выглядит весьма странным. Какое отношение имеет генерал Шарль Де Голль, известный военный и политический деятель, страстный патриот Франции, яростный борец с коллаборационистами, противник американской гегемонии и студенческих волнений, к проходимцу и погромщику Балаховичу?

Разительно отличалось и отношение обоих к воинской доблести. Шарль Де Голль, став лидером французского Сопротивления, прославился в боях с гитлеровцами. А Балахович еще в гражданскую опозорил как русское, так и польское офицерство. В Белоруссии же этот «вояка» грабил мирное население. Тусующиеся в европейских столицах недоучки, которых «Еврорадио» называет «патриотическими силами белорусской молодежи» об этих исторических фактах  явно ничего не знают.

А чем занимается за границей эта молодежная «тусовка», как она там очутилась? По утверждению «Еврорадио», она там учится и работает. Почему не на Родине? Да потому, что наверняка плохо училась в Беларуси, лекции  в университете пропускала -- вместо них по призыву доморощенных «демократов» ходила на шляхи да пикеты, флэш-мобы да перформансы. «Большой политикой» оказалось приятнее заниматься, чем грызть гранит науки... Самые активные из тех молодых «политиков»  за участие в несанкционированных акциях и сопротивление силам правопорядка умудрились попасть на несколько суток под административный арест. И даже получить от зарубежных доброжелателей статус «узники совести»…

Закономерный итог такой активности –  исключение из университета, а для юношей – еще и ближайшая перспектива стать солдатом-«срочником». Второе, казалось бы, неплохо, только вот беда: не хотят эти «патриотические силы» служить своей Родине.

Некоторым исключенным, по их же наивному мнению, повезло: их лица запечатлены в кадрах западной фото- и кинохроники -- видно, как сотрудники милиции уводят разгоряченных молодых людей с проезжей части, а «политики» яростно упираются.

Те, кто стали «героями» подобных репортажей, попросту рассчитывают на привилегии: их за счет тамошних налогоплательщиков могут пригласить учиться в западные университеты, стипендии дать. Некоторых действительно приглашают. Но в Минске ли, за границей  ли, а учиться все равно лень. Да и хуже там, чем на Родине, у папы-мамы под боком. Да и лекции на чужом языке… Словом, за границей учеба дается не всем. Тем, кому не далась, приходится где-то подрабатывать.

Щедрые благодетели не оставляют белорусских «политэмигрантов» и за кордоном. И как задумают провести показушный телеспектакль о том, как «белорусская молодежь» отмечает «день своей воинской славы» – искать персонажей для массовки долго не приходится. Сначала спектакль анонсируют по «Еврорадио», затем снимают и показывают.

Зачем? Да затем, чтобы поссорить Минск и Москву, столкнуть лбами русского и белоруса. Хотя бы даже в масштабе каждой в отдельности взятой страны. Ведь в Беларуси, по данным переписи населения, постоянно проживают 1.142 тысячи русских по национальности белорусских граждан, а в России -- 808 тысяч россиян белорусской национальности. Это ж как заманчиво: сразу в двух странах посеять межнациональную рознь, возбудить вражду между двумя славянскими народами!..

Для достижения этой постыдной цели противники белорусско-российской интеграции не гнушаются ничем – ни мифами-вирусами, ни нелепым маршрутом «оппозиционного» шествия, который означает не что иное, как путь белорусских националистов от символа воинской славы к символу воинского позора и мародерства…

Владимир КОЖЕВНИКОВ,
«БВГ»