29.07.08

В российском министерстве иностранных дел арест Радована Караджича расценили как исключительно внутреннее дело Сербии. По заявлению официального представителя МИД, Белград выполняет обязательства перед Международным трибуналом по бывшей Югославии. В Москве надеются, что следствие и суд будут носить беспристрастный характер.

Май 1992 года, Босния и Герцеговина. В республике уже третий месяц идет гражданская война. Политический лидер боснийских сербов Радован Караджич дает интервью программе "Вести". Он представляется как президент Республики Сербской.

"Мы не стремимся захватывать ни мусульманские, ни хорватские территории. Наш мотив прост. Мы уже не можем жить вместе с ними, нам от них ничего не надо. Мы хотим жить в своем государстве", - говорил тогда Радован Караджич.

Карта Боснии-Герцеговины 1991 года: 44% боснийцев-мусульман, 37% сербов, 17 хорватов, а еще есть цыгане, турки, горанцы, черногорцы. Каждый третий брак смешанный. Когда начался распад Югославии, боснийские мусульмане и хорваты заявили о желании создать независимую республику. Ее тут же признал Евросоюз. Местные сербы захотели объединиться с большой Сербией.

В начавшейся гражданской войне друзья и родственники оказались по разные стороны. В армии сербов было семь процентов мусульман, за сербов же воевали турецкие летчики, за боснийских мусульман - инструкторы из США, Германии и афганские моджахеды, против католиков-хорватов воевали католики-поляки, добровольцы - на стороне сербов. Однако на Западе сразу определили: сербы - главные злодеи. Они виноваты во всем.

"Радована Караджича обвиняют в геноциде боснийских мусульман. Хочу отметить очень важную вещь. Караджич – это единственный гражданский лидер одной из сторон в конфликте, которого сейчас обвиняют. Это наводит на мысль, что это нужно для того, чтобы обвинить именно сербскую сторону во всем конфликте как неправую сторону", - уверена Наталья Нарочницкая, президент Фонда исторической перспективы.

Главное преступление, в котором обвиняют Радована Караджича как лидера боснийских сербов, - это резня в Сребренице. В 1995 году сербские части вошли в этот город, населенный мусульманами, и убили там, по разным оценкам, от пяти до восьми тысяч мирных жителей. Этот факт сербы не отрицают, но напоминают - перед этим боснийцы вырезали почти две тысячи сербов в селах вокруг Сребреницы. Убивали их большими ножами - "серборезами", как прозвали их боснийские боевики.

Возникает вопрос: почему Радован Караджич несет ответственность за военные преступления сербов, а лидер боснийских мусульман Алия Изетбегович трибунала избежал, и спокойно умер в больнице пять лет назад как президент республики Босния и Герцеговина?

"Это продолжение преследования сербов, которое творится многие годы. Неправедный суд в Гааге продолжает, по сути дела, расправу. Они расправились, убили Слободана Милошевича и целую группу других сербских лидеров. Вот уже четвертый год там сидит Воислав Шешель (лидер Сербской радикальной партии), по которому даже не проводят следствие", - говорит Геннадий Зюганов, председатель ЦК КПРФ.

Три четверти подсудимых в Гааге - это сербы, лишь четверть боснийцы, хорваты или албанцы. Не так давно в трибунале был оправдан албанский полевой командир и наркобарон Рамуш Харадинай. Оправдывали там и боснийских мусульман, и хорватов. Только сербов не оправдывали, им всегда давали максимально суровые приговоры. В Гааге умер много знавший о тайнах балканской политики бывший президент Югославии Слободан Милошевич.

"Симптоматично, что передача происходит в тот момент, когда очень громко стали говорить о том, что данная организация (международный трибунал) изжила себя и фактически была на грани ликвидации", - считает Александр Бабаков, первый секретарь центрального совета партии "Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь".

В Европе и за океаном аресту Караджича обрадовались. Президент Франции заявил, что это "приближает Сербию к Евросоюзу". Генсек ООН назвал арест "историческим моментом для жертв военных преступлений". Бывший американский представитель в ООН Ричард Холбрук выразил радость от того, что "европейский Бен Ладен", то есть Караджич, пойман.

По данным ООН, во время войны в Боснии беженцами стали 800 тысяч мусульман, 600 тысяч сербов, почти 300 тысяч хорватов. Почему во всем виновен один Радован Караджич, понять решительно невозможно.

Международный трибунал по бывшей Югославии требовал найти и выдать Радована Караджича еще с прошлого века. То и дело поступали сообщения о его поимке, но всякий раз они оказывались газетными утками. Так ли был неуловим бывший лидер боснийских сербов? Или дело в чем-то другом?

Павел Матвеев попробовал разобраться. Репотаж НТВ.

Когда-нибудь заканчивается даже самая долгая мыльная опера. Заочное обвинение Радовану Караджичу предъявили еще в июле 1995 года, ордер на его арест появился годом позже. Вот только с арестом как-то не задалось — Караджича искали долго и нудно. Один раз экс-глава трибунала Карла дель Понте обещала предъявить его в наручниках в конце года, другой — в конце месяца, но месяцы шли, превратившись в итоге в 13 лет.

Хавьер Солана, верховный представитель ЕС по внешней политике: «Я думаю, его арест — это очень хорошая новость. Очень важно, чтобы Радован Караджич предстал перед Международным трибуналом. Сербские власти сработали отлично».

Заполучив Караджича, Международный трибунал припомнит ему и трехлетнюю блокаду Сараево, в результате которой погибли около 12 тысяч жителей города, и использование миротворцев ООН в качестве живого щита в мае-июне 1995 года. И расстрел тысяч мирных жителей в Сребренице в июле 95-го — его в Гааге официально назвали геноцидом.

Поимка Караджича стала в Гааге идеей фикс. В том, что творилось в Югославии во время гражданской войны, у трибунала почему-то виноваты только сербы.

Дмитрий Рогозин, постоянный представитель России при НАТО: «Такое важное дело, как международный суд, требует беспристрастности и объективизма. А то, что мы наблюдаем сегодня, в том числе что касается ареста Караджича, говорит о том, что те, кто реально виноваты в югославской трагедии на скамье подсудимых уж точно сидеть не будут».

Надежду на то, что процесс будет беспристрастным, акцентировал и российский МИД. Впрочем, на Смоленской площади исходят из того, вся ситуация с Караджичем — в любом случае исключительно дело Белграда.

Представитель МИД: «Акция осуществлена в порядке выполнения Белградом своих обязательств перед Трибуналом. Надеемся, что следствие и судебный процесс по делу Радована Караджича будут носить беспристрастный характер. Обращаем на это особое внимание, поскольку МТБЮ неоднократно предвзятый подход».

Официально Караджича трибуналу Белград не передавал, только обещал — а здесь все-таки есть разница. Но в Гааге для него уже охотно готовят камеру и не сомневаются, что она пустой не окажется. Что будет дальше — вопрос. И с учетом не белоснежной репутации трибунала, и при том, что его самого скоро должно не стать.

Наталия Нарочницкая, заместитель председателя Комитета по международным делам Государственной думы РФ: «Мандат трибунала истекает в этом году, и они уже раздают дела национальным правоохранительным органам. Думаю, что на самом деле это большое испытание для правительства Тадича. И не исключаю, кстати, что в поимке замешаны и внутриполитические соображения».

В том, что тут замешаны соображения внешнеполитические, сомневаться не приходится. Можно ли всерьез верить, что сербские спецслужбы действительно все это время не знали, где Караджич , а он спокойно себе жил в столице?

Упорство, с которым Гаага добивалась выдачи Караджича, сделала его крупной монетой, которую Белграду надо было обменять подороже. А что может быть дороже для Бориса Тадича, чем интеграция в ЕС, если он шел с этой идеей на президентские выборы и выиграл их? Пару недель назад запад намекнул Белграду — для этой интеграции слов мало, нужны дела. Что, видимо, и было исполнено.

Бернар Кушнер, министр иностранных дел Франции: «Правительство господина Тадича полностью открыто для сотрудничества. В свое время они говорили нам, что они будут открыты — и мы пытались убедить в этом некоторых наших коллег».

Эти слова были сказаны сегодня после поимки Караджича. Как видно, коллег убедили. Общий восторженный тон Запада говорит о том, что с Караджичем Белград не продешевил. Впрочем, если что — у него в рукаве есть еще один туз. Ратко Младич — второй главный злодей югославской войны по версии Международного трибунала — пока на свободе. И тоже вроде бы неизвестно где.

По материалам каналов "Россия" и "НТВ"

 Narochnitskaia.Ru