10.07.08

Со слов А. Бизанца, УЦК и его структурные отделения на местах фактически являлись филиалами немецкой военной разведки и гестапо, основной задачей которых был сбор информации о ситуации в населенных пунктах Галиции.

Вот как об этом свидетельствовал сам Бизанц: «Украинский центральный комитет был основным источником развединформации. Руководили этим комитетом агенты абвера — украинские националисты — доктор Владимир Кубиевич и его заместитель Панкивский. Кроме того, в сорока местных украинских комитетах генерал-губернаторства (имеется в виду Варшавское генерал-губернаторство, в состав которого входил т. н. дистрикт «Галичина». — В. В.), которые подчинялись Кубиевичу, также руководили люди, поддерживающие непосредственные агентурные контакты с местными отделами гестапо и абвера, информировали эти отделы о ситуации на их территории...» (см. «Военно-исторический журнал». — 1991. — № 4).

Для контроля за деятельностью руководителей УЦК в период Великой Отечественной войны немцы приставили бывшего «немецкого» командира батальона «Нахтигаль» Теодора Оберлендера, который стал в комитете «советником от абвера». Фактически же Оберелендер руководил УЦК.

Несмотря на огромные усилия униатского духовенства и активистов обеих ветвей ОУН, добровольческий принцип набора в войска СС вскоре исчерпал себя. Была объявлена мобилизация.

Факт изменения принципа формирования дивизии СС с добровольческой основы на мобилизационную признают И. Муковский и О. Лысенко, авторы солидного издания «Звитяга и жертовність. Українці на фронтах Другої світової війни», вышедшего в Киеве в 1997 году. Несмотря на то, что в основу последнего, девятого раздела этого исследования «Українці в збройних формуваннях воюючих сторін» положены, в основном, «труды» все тех же оуновцев, авторы подчеркивают: «немецкие оккупационные власти не ограничились добровольным набором украинцев в войско, а с марта 1943 года специальным приказом Бизанца принудительно мобилизовали всех молодых людей 1921—1925 годов рождения. Кроме того, командование немецких частей, которые дислоцировались либо передвигались по территории Галиции, насильно рекрутировали молодежь» (с. 447).

Об этом же свидетельствует книга очевидца тех событий М. Чарторийского «Между серпом и молотом», которая вышла в Нью-Йорке в 1970 году. Автор пишет: «Мобилизация в СС-дивизию проходила вроде бы на основе «добровольности», а когда эта «добровольность» показалась недостаточной, началось насилие: захваты, заложничество, аресты, вывозы, так что уже не было безопасности ни дома, ни вне дома, ни в школе, да и из церквей начали немцы отлавливать молодежь в «прекрасную Германию».

За отказ вступить в дивизию даже убивали. И не только новобранца, но нередко и членов его семьи. Так, оуновцами были убиты все члены семей Лущика, Бочко — жителей украинского села Конюхи Люблинского воеводства.

Дивизию после формирования перебрасывают на обучение в рейх и некоторые государства оккупированной фашистами Западной Европы. Основная группа проходила муштру в Нойхаммере, где был расположен шпионско-диверсионный центр абвера. Здесь, в частности, до начала Великой Отечественной войны в составе диверсионно-карательного полка «Бранденбург-800» проходили подготовку бандеровские батальоны «Нахтигаль» и «Роланд».

Однако ни немецкая муштра, ни немецкое оружие и их командиры не помогли украинским коллаборационистам. Во второй половине июля 1944 года дивизию СС «Галичина» перебросили в район г. Броды для прикрытия отступления разбитого 13-го корпуса вермахта. Всего неделю она смогла просуществовать как соединение. Когда на львовском направлении войска 1-го Украинского фронта пробили брешь во вражеской обороне, дивизию 15 июля бросили в бой южнее Колтова на удержание второй полосы обороны.

Под ударами советских войск она понесла большие потери, беспорядочно отступила и оказалась в бродовском котле. Во встречных боях в районе Гончаровки и Почапова при попытке вырваться из окружения 22 июля 14-я дивизия СС «Галичина» была наголову разгромлена. Попытки командира дивизии немецкого генерала Фрайтага организовать сопротивление ни к чему не привели. Несколько сот уцелевших эсэсовцев, бросив артиллерию, беспорядочно бежали в район Карпат.

Оуновец Т. Гунчак в своей книге «У мундирах ворога» отмечает, что под Бродами дивизия была полностью укомплектована и вооружена. В составе ее 29-го, 30-го и 31-го полков, а также приданных дивизии различных специализированных подразделений числилось 346 офицеров, 1131 унтер-офицер и 13 822 гренадера. Итого 15 299 вояк.

Из бродовского котла удалось выйти всего тысяче вояков. Кроме того, 1200 солдат и офицеров уцелели в составе резервного батальона, располагавшегося с внешней стороны кольца окружения. Еще несколько сотен украинских эсэсовцев пробивались из окружения мелкими группами или влились в УПА.

Следует отметить, что после сокрушительного поражения под Бродами деморализованные украинские эсэсовцы практически не участвовали во фронтовых операциях, а использовались в качестве карателей и усмирителей, покоренных немецкими фашистами народов Европы.

Как вспоминал после войны начальник штаба дивизии немец Гайке, командир дивизии бригаденфюрер СС Фрайтаг «обвинял в очень неприятных и грубых выражениях дивизионщиков» в плохом и трусливом поведении. Даже в передовой статье еженедельника дивизии Zum sieg отмечалось, что «среди воинства дивизии... мы видим проявления упадка бойцовских инстинктов». Как свидетельствуют архивные документы, имели место случаи, когда бригаденфюрер Ф. Фрайтаг требовал прислать подкрепления, с помощью которых усмирял и даже расстреливал наиболее недисциплинированных подчиненных из числа украинских эсэсовцев.

Тем не менее идейные вдохновители создания эсэсовской дивизии из ОУН продолжали верно служить фюреру нацистской Германии. Служить, жертвуя кровавому молоху войны все новые и новые тысячи жизней галицийских парней. Сравним, для примера, выдержки из статей оуновского издания, опубликованные накануне и после разгрома украинских эсэсовцев под Бродами. В апреле 1943 года орган ОУН Мельника львовская газета «Рідна земля» (см. №17 от 25 апреля 1943 г.) писала: «Заслуги Гитлера преогромны (...). Для строительства Европы следует призвать только те народы и силы, которые своим отношением и делами отождествляют себя с молодостью и продуктивностью. Следовательно, мы, включая себя в качестве одного из создателей нового строя в новой Европе, во главе которой стоит и которой руководит вождь Адольф Гитлер, должны приложить много усилий, чтобы наши дела в действительности были результативны».

Примерно год спустя та же газета в №27 от 2 июля 1944 г., как ни в чем не бывало, продолжала идеологически обрабатывать галичан все в том же духе нацистской пропаганды: «Наши солдаты (...) займут достойное место в рядах формации, которая сражается за новую Европу».

Подобной пропагандой ОУН Мельника будет заниматься вплоть до краха гитлеровского Третьего рейха в победном мае 1945 года.

Один из ключевых тезисов современных украинских «историков», симпатизирующих эсэсовцам, гласит, что дивизия «Галичина», как фронтовая дивизия, якобы, не имеет отношения к этническим чисткам еврейского и польского населения, карательным операциям против партизан и населения, их поддерживавшего, на территории Украины, Белоруссии, Польши, Словакии, Словении (Югославия) и Франции.

Неучастие в преступлениях военного времени, — утверждают они, — позволило западным союзникам принять украинских эсэсовцев под свою опеку и не выдавать их СССР после войны.

Этот тезис, вольно или невольно, опровергают даже некоторые оуновские авторы. В частности, Кость Панькивский, в уже упоминавшейся работе «Роки німецької окупації», отмечает, что командир дивизии немецкий генерал СС Фрайтаг в прошлом был высшим офицером полиции. Лев Шанковкий в 1954 году в газете «Америка» (от 12—16 июля) признает, что «галицийские добровольцы» принимали участие в акциях против партизан — 5-й полк на «Тарногородщине и Белгорайщине», 1-й и 2-й курени (батальоны. — В. В.) 4-го полка на «Радеховщине и Бродщине», в том числе против поляков из села Гута Пеняцкая.

Интерес представляет в этом плане мнение американского ученого, известного специалиста по истории ОУН Джона Армстронга. В предисловии к воспоминаниям бывшего начальника штаба дивизии СС «Галичина» Вольфа-Дитриха Гайке он убедительно опровергает попытки некоторых оуновцев и ветеранов дивизии СС «Галичина» объяснить участие украинских эсэсовцев в боях с партизанами на территории Европы пресловутым тезисом «борьбы с коммунизмом», т. к. партизанское движение в европейских странах, по их утверждению, «возглавлялось коммунистами».

Д. Армстронг пишет, характеризуя участников словацкого антифашистского восстания в октябре 1944 года, что они «вынуждены были начать восстание преждевременно из боязни, что страна могла перейти под контроль советских партизан, которыми руководил из Киева лидер Чехословацкой коммунистической партии Рудольф Сланский. Следовательно, словацкое восстание (а именно это восстание топили в крови украинские эсэсы из «Галичины». — В. В.) не было руководимо Москвой» (см. «Українська дивізія «Галичина». — Киев — Торонто, 1994. с. 88).

Наконец, факт участия дивизии СС «Галичина» в боях против партизан признают ветераны этой дивизии. Роман Данилюк: «Нас послали в Словакию для борьбы с партизанами, позже отослали в Югославию» (см. «Вісті з України». — 1992. — № 37). Михаил Яцура: «Если речь идет о полицейских полках № 4, 5, а со временем № 6, 7, 8, то в состав дивизии они вошли лишь весной 1944 года... не секрет, что при подходе подразделений 4-го полка в район Г. Пеняцкой их встретили шквальным огнем из пулеметов... Однако полк не остановился, а дальше прошел маршем на Тернополь, поскольку там был фронт» (см. львовскую газету «За вільну Україну» от 23.01.2001 г.).

Бывший заместитель В. Кубиевича по УЦК К. Панькивский отмечает, что после разгрома под Бродами дивизию «Галичина» фактически воссоздают заново, но уже как чисто полицейскую.

К. Панькивский пишет: «Недостаток фронтовых частей вынудил немецкое командование перебросить дивизию в состоянии незаконченной реорганизации, без одежды и без оружия, уже в сентябре в Словакию, на фронт против повстанцев. И здесь в чрезвычайно сложных обстоятельствах пришлось дивизии одновременно доводить организацию до конца, продолжать обучение и нести фронтовую службу против партизан...».

Несколько ниже этот же автор отмечает: «Во второй половине января 1945 года пришел приказ главного немецкого командования о переезде нашей дивизии с фронта против партизан в Словении в южную Штирию на границу Словении. Здесь был двойной фронт, против Советской Армии и против югославских партизан Тито. Сюда прибывало немало беглецов, не немцев и немцев. Еще прибыли новые вояки в черных мундирах, сторожа концентрационных лагерей на территории восточной Германии...»

Об этом же пишут в уже упоминавшейся работе И. Муковский и О. Лысенко: «...во время комплектования дивизии из добровольцев Галиции часть их попала во вновь созданные 4-й (1264 чел.), 5-й (1374 чел.), 6-й (1293 чел.), 7-й (1671 чел.), 8-й (1573 чел.) полки (имеются ввиду полицейские полки СС. — В. В.) и галичского резервного батальона «Гайденгайм» (425 чел.). Известно, что 4-й и 5-й полки принимали участие в антипартизанских акциях невдалеке от района действий «группы Баерсдорфа». Оба полка подчинялись шефу полиции Кракова. В июне 1944 г. они влились в состав Галичской дивизии СС» (с. 453).

«Боевая группа Баерсдорфа», как известно, была сформирована в соответствии с приказом высшего руководства СС с целью борьбы с советскими партизанами, которые в этот период прибыли сюда и активно действовали в районах польских рек Висла и Сана. Эта группа включала в себя два батальона пехоты, подразделения разведки (120 солдат), дивизион полевой артиллерии. Кроме того, каждому батальону был придан взвод саперов.

В течение полутора месяцев группа Баерсдорфа вела ожесточенные бои с советскими и польскими партизанами, а также поддерживающим их польским населением.

Оуновец Т. Гунчак также пишет о полицейских полках дивизии СС «Галичина» и их участии в борьбе с партизанами. По его утверждению, четыре полка формировались и проходили подготовку «под присмотром полиции». Четвертый полк проходил подготовку вблизи Трира в Германии: «15 января 1944 года подразделения полка, насчитывавшего 1264 человека, направились в Голландию на три недели, а затем, в середине февраля 1944 года, отбыли в Збараж, в Галиции. В период пребывания в районе Збаража 4-й полк получил свое первое крещение огнем в операции против партизан (выделено нами. — В. В.)».

Спецкоманды вояк из 14-й дивизии СС «Галичина», согласно архивным данным, в июне 1944 года во Львове уничтожили более 1500 мирных горожан, расстреливали советских военнопленных в Золочеве, уничтожили около трехсот жителей городка Олеско и стерли его с лица земли, отправили на каторгу в Германию тысячи украинцев.

Василий Верещак

(Продолжение следует)

Столичные новости