8.05.08

242-летию со дня кончины посвящается.

            Барон, генерал-аншеф и Андреевский кавалер Николай Андреевич Корф появился на свет седьмого (20) мая 1710 года в старинной немецкой фамилии баронского достоинства, высокородные представители которой еще в начале XVIII века вступили в Русское подданство.

            Второй сын Барона Генриха Христофора фон Корф (1672-1753) от союза с Софией Элеонорой фон Ганн Барон Николай Андреевич Корф получил домашнее образование.

            Свое служение Российской Императорской Короне он начал в армейском кавалерийском Императорском Копорском полку в чине премьер-майора.

В Царствование Императрицы Елизаветы I Петровны.

По восшествии на престол в результате беззаконного государственного переворота в ночь на 25 ноября (8 декабря) 1741 года Государыни Елизаветы I Петровны (1709-1761) и смещения ею с престола Всероссийского законного Государя Императора Иоанна VI Антоновича фон Брауншвейг-Вольфенбюттель (1740-1764), Августейшего правнука Царя Иоанна V Алексеевича (1666-1696), карьера Барона Николая Андреевича Корф пошла в верх.

Способствовало этому то обстоятельство, что вторым браком Барон женат был на Графине Екатерине Карловне Скавронской (ум. 1757), Августейшей племяннице Государыни Императрицы Екатерины I Алексеевны (1684-1727), дочери К. С. Скавронского, приходившейся Государыне Императрице Елизавете I Алексеевне двоюродной сестрой. Родство с Императрицей Всероссийской не могло не сказаться в то время на течении жизни и стремительном возвышения Барона Николая Андреевича Корф.  

            Так, в конце 1741 года Барон отправился в столицу Герцогства Шлезвиг-Голштейн-Готторп г. Киль для выполнения особо важной миссии – сопроводить возвращение в Российскую Империю Августейшего наследника престола Всероссийского, правящего с 1729 года Герцога Карла Петера Ульриха фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп (1728-1762), приходившегося державным племянником Императрице Елизавете I Петровне, не имевшей Августейшего супруга и венценосного потомства, с целью передачи ему особым Высочайшим Указом престола Российской Империи как единственному державному потомку и наследнику. 

            Прибыв в феврале 1742 года в Царствующий град Санкт-Петербург вместе с державным наследником престола Всероссийского, Барон Николай Андреевич Корф в тот же день Высочайше пожалован был чином камергера Императорского Двора.

По Высочайшему объявлению в феврале 1742 года бездетной Государыней Императрицей Елизаветой I Петровной наследником Всероссийского престола Августейшего племянника своего Герцога Карла Петера Ульриха фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп, крещенного по православному обряду с наречением имени Петра Феодоровича и Высочайшим пожалованием ему титула Великого Князя, наследника и Цесаревича Всероссийского, последний должен был отказаться от Короны Швеции, которая должна была перейти к нему по кончине бездетного Короля Швеции Фредерика фон Гессен-Кассель (1676-1751).

Миссия в Королевстве Швеция.

С этой целью в ноябре 1742 года Барон Николай Андреевич Корф отправлен был Государыней Елизаветой I Петровной с Высочайшим поручением ко Двору Королевства Швеция улаживать династический вопрос престолонаследия, в котором Российская Империя приняла самое активное участие.

Шестого (19) августа 1743 года при подписании в г. Або в Финляндии мирного договора между Российской Империей и Королевством Швеция, завершавшего Русско-шведскую войну 1741-1742 гг., Государыня Императрица Елизавета I Петровна в интересах русской политики принудила ригстаг (парламент) Королевства Швеция обещать престол и Корону Швеции Августейшему сроднику наследника Всероссийского престола, Герцогу Адольфу Фредерику фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп (1710-1771).

Решение Российской Империи вступило в противовес притязаниям Королевства Дания и Норвегия, присоединившего к себе после поражения Королевства Швеция в Великой Северной войне 1700-1721 гг. немецкие Герцогства Шлезвиг и Голштейн. Российская Империя отныне становилась гарантом неприкосновенности престола Королевства Швеция от притязаний Королевства Дания и Норвегия и иных держав и тем сохраняла мир в Европе. При этом, в случае избрания Герцога Адольфа Фредерика фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп Августейшим наследником, а позднее и Королем Швеции, Государыня Елизавета I Петровна, обещала уступить Королевству Швеция провинции в Финляндии – Або, Бьернборг и Эстербот и Аландские острова, присоединенные Государем Императором Петром I Алексеевичем (1672-1725) ранее к Российской Империи по заключению вечного Ништадтского мира 1721 года, завершившего кровопролитную Великую Северную войну 1700-1721 гг. 

Маневры Русского флота у берегов Королевства Швеция склонили правительство страны и Короля Фредерика фон Гессен-Кассель к принятию «утвердительного акта», который включал в себя пункт об избрании Герцога Адольфа Фредерика фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп наследником престола Швеции, что и произошло официально 24 мая (6 июня) 1743 года. Барон Николай Андреевич Корф присутствовал все это время в Королевстве Швеция и непрестанно сообщал Императрице Всероссийской о всех тонкостях сложных переговоров, что позволило в конце-концов урегулировать Русско-шведские отношения. Барон собственноручно вручил наследнику престола Королевства Швеция поздравления от Императрицы Елизаветы I Петровны и официальное отречение от престола Королевства Швеция наследника Цесаревича и Великого Князя Петра Феодоровича, датируемый августом 1743 года.

По прошествии восьми лет 25 марта (7 апреля) 1751 года по кончине бездетного Короля Швеции Фредерика фон Гессен-Кассель Кронпринц Адольф Фредерик фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп принял Корону Швеции. К несчастью, в очередной раз надежды и расчеты  Императрицы Елизаветы I Петровны на усиление русского влияния в Королевстве Швеция ценой уступок территории, кровью завоеванных русскими солдатами, не оправдали себя. Король Адольф Фредерик I фон Шлезвиг-Голштейн-Готторп вскоре показал себя сторонником французской политики и стал среди знати и части военных державным покровителем антирусских сил в Королевстве, что продолжалось более полувека и привело к новым войнам с Российской Империей. Однако все это произошло уже позднее, по завершении миссии Барона Николая Андреевича Корф в столице Королевства Швеция г. Стокгольм. 

Особое поручение Императрицы.

            В 1744 году Барону Николаю Андреевичу Корф Императрица Елизавета I Петровна поручила особую миссию, которую Государыня считала очень важной и секретной, что могло быть доверено только человеку, безусловно преданному и близкому.

            Николаю Андреевичу Корф следовало перевезти незаконно свергнутую с престола Всероссийского Династию Брауншвейг-Вольфенбюттель, во главе с Принцем Антоном Ульрихом фон Брауншвейг-Беверн-Люнебург (1714-1774), прежде бывшем генералиссимусом Российской Императорской Армии, Августейшим родителем свергнутого с престола Императора Иоанна VI фон Брауншвейг-Вольфенбюттель, высокородным племянником Короля Великобритании и Ганновер Георга I фон Ганновер (1660-1727). Вместе с Принцем Барон должен был перевезти и венценосную супругу, бывшую Правительницу Российской Империи Великую Княгиню Анну Леопольдовну (1718-1746), урожденную принцессу Елизавету Кристину фон Мекленбург-Шверин, державную внучку Царя Иоанна V Алексеевича и Царицы Прасковьи Феодоровны (1664-1723), находившуюся в то время в положении. 

Вместе с Августейшими родителями  из г. Ранебурга Рязанской губернии  (ныне г. Чаплыгин Липецкой области) в Соловецкий монастырь и далее в Холмогоры, в небольшой город, лежащий на острове Двины, что в 72 верстах от града Архангельска, Бароном Николаем Андреевичем Корф должны были быть перевезены под арестом и две венценосными дочери Принца и Великой Княгини, Принцессы Екатерина Антоновна фон Брауншвейг-Вольфенбюттель (1741-1801) и Елизавета Антоновна фон Брауншвейг-Вольфенбюттель (1743-1782). Это задание верным сановником Императрицы было в точности исполнено.

Генерал-губернатор Кенигсберг.

В 1758 году, в разгар Семилетней войны 1756-1762 гг., в которой на стороне Французского Королевства, «Священной Римской Империи Германской нации», Королевства Испания, Курфюршества Саксония и Королевства Швеция Российская Империя выступила против Королевства Пруссия, Великобритании в унии с Королевством Ганновер и Королевства Португалия, в чине генерал-поручика Барон Николай Андреевич Корф Высочайше назначен был Кенигсбергским генерал-губернатором.

В этом качестве Барон управлял занятыми Российской Императорской Армией областями Восточной Пруссии.

Генерал-полицеймейстер Санкт-Петербурга.

С декабря 1760 года Государыня Императрица Елизавета I Петровна Высочайше назначила Барона Николая Андреевича Корф генерал-полицеймейстером Царствующего града Санкт-Петербурга.

При кончине Императрицы.

            С 12 (25) декабря 1761 года, со времени начала тяжелейшей болезни Государыни Императрицы Елизаветы I Петровны, Барон Николай Андреевич с особенной добросовестностью и преданностью престолу выполнял возложенные на него Государыней поручения, сохранять общественный порядок в столице Империи.

24 декабря 1761 года (6 января 1762 года), если верить тому, что сообщает в своих записках резидент Королевства Дания и Норвегия в Санкт-Петербурге Андреас Шумахер, в столице Российской Империи Бароном Николаем Андреевичем Корф приняты были чрезвычайные меры безопасности: "По всем улицам рассеялись сильные конные и пешие патрули. На площадях расставлены пикеты, стража во Дворце удвоена". Более того, под окнами "нового Императора" расставлена была многочисленная артиллерия, которую убрали только через неделю по кончине Государыни Императрицы Елизаветы I Петровны. (Шумахер А. «История низложения и гибели Петра Третьего. Со шпагой и факелом». Москва, 1991. С. 272). Не случайно, что по воцарении Императора Петра III Феодоровича, Барон Николай Андреевич Корф остался в полном и безусловном доверии Монарха.

В Царствование Императора Петра III Феодоровича.

            С восшествием на престол Высочайшим Указом Императрицы Елизаветы I Петровны Государя Императора Петра III Феодоровича Барон Николай Андреевич Корф принял чин генерал-аншефа, а в феврале 1762 года Высочайше дарован был чином подполковника Лейб-Гвардии Кирасирского полка, полковником которого состоял сам Император Всероссийский.

            В марте 1762 года Барон Высочайше назначен был Императором «главным директором над всеми полициями» с подчинением одному только Государю Императору. Монархом поручено было Барону представить предложения по реорганизации полицейского управления в городах Российской Империи.

            Вместе с наиболее близкими Императору Петру III Феодоровичу обер-шталмейстером Львом Александровичем Нарышкиным (1733-1799) и Д. М. Волковым  Барон сопровождал Государя при посещении Монархом в Шлиссельнбургской крепости заточенного в ней Государя Императора Иоанна VI Антоновича фон Брауншвейг-Вольфенбюттель, свергнутого с престола двумя десятилетиями до того. 

            Возглавляя полицию всей Российской Империи и Царствующего града Санкт-Петербурга, Барон Николай Андреевич Корф, безусловно, знал о готовящихся заговоре и расправе над Императором Петром III Феодоровичем в пользу Великой Княгини Екатерины Алексеевны фон Ангальт-Цербст (1729-1796). К несчастью для Императора Барон Николай Андреевич проявил малодушие и осторожность, а потому ничего не предпринял для ликвидации заговора и ареста его участников, чем, безусловно, принял на себя вину за состоявшийся 26-28 июня (9-11 июля) 1762 года незаконный государственный переворот и низложение Императора Петра III Феодоровича, равно как и за последующее за тем убийство Императора Всероссийского в июле 1762 года.

            В сам трагический день переворота 28 июня (11 июля) 1762 года Барон Николай Андреевич тотчас встал на сторону Великой Княгини Екатерины Алексеевны и движимых ею к преступлению бунтовщиков из числа солдат, офицеров и части дворянства. За верность новой Государыне в тот же день Высочайше пожалован был должностью сенатора.

В Царствование Императрицы Екатерины II Алексеевны.

В последовавшей вслед за тем 22 сентября (5 октября) 1762 года Коронации в Москве Императрицы Екатерины II Алексеевны, действии наспех организованном по прошествии всего лишь 65-х дней после убиения Государя Императора Петра III Алексеевича, Барон Николай Андреевич Корф оставлен был Государыней в Царствующем граде Санкт-Петербурге в конторе Сената, в числе пяти других сенаторов.

Остальные же сенаторы отправились за Великой Княгиней в Москву для совершения Священного Таинства Миропомазания на Царство Русское новой и по счастью последней Государыни на Всероссийском престоле.

До конца своей жизни Барон Николай Андреевич сохранял за собою звание «главного директора над полициями» и пользовался полным доверием Императрицы Екатерины II Алексеевны.

Высочайшая награда.

            Первой Высочайше наградой Барона Николая Андреевича Корф оказался 28 июня (11 июля) 1744 года Императорский орден Святого благоверного Великого Князя Александра Невского, Высочайше пожалованный Государыней Елизаветой I Петровной в знаменательный День принятия Православия Великой Княгиней Екатериной Алексеевной, урожденной принцессой Софией Фредерикой Августой фон Ангальт-Цербст, будущей Императрицей Всероссийской. 

            Первейший же орден Российской Империи – орден Святого Апостола Андрея Первозванного Высочайше пожалован был Государыней Екатериной II Алексеевной Барону Николаю Андреевичу Корф Высочайшим Указом 22 сентября (5 октября) 1762 года в самый День ее Священного Миропомазания и Коронования на Царство Русское.         

Семья Барона.

            Семейная жизнь Барона Николая Андреевича Корф не была счастливой.

В первом браке имел сына, скончавшегося в младенчестве. Во втором союзе с графиней Екатериной Карловной Скавронской Барон потомства не имел, однако, по словам современников, в приданное получил одно лишь утешенье – «многочисленные поместья».

Овдовев в 1757 году, Барон более семьи не создал.

Нрав и характер.

            Писатель и естествоиспытатель Андрей Тимофеевич Болотов (1738-1833), состоявший некоторое время адъютантом у Барона Николая Андреевича Корф, писал о нем: «…он был человек добрый, но имел в характере своем многие недостатки. Относительно до его разума можно сказать, что он был от природы довольно хорош, но, как думать надобно, недовольно изощрен при воспитании в малолетстве, и пор сему все знания сего вельможи простирались не слишком далеко, но весьма и весьма были умеренны, и если он что знал, так все то приобрел по единой навычке, живучи при Дворе и в большом свете, и потому не столько был он способен к гражданскому правлению и знающ в делах, к оному олтносящихся, сколько сведущ во всем том, что принадлежало до придворной и светской жизни. В сем пункте был он довольно совершенен, но что касается до дел, принадлежавших до правления, а особливо письменных, то к оным по непривычке своей был он весьма не способен… Говорить и читать по-русски хотя он и умел довольно хорошо, но сего далеко еще не было достаточно, но ему нужно было давать ежедневно на многие дела свои решительные резолюции… А к сему и недоставало в нем быстроты разума, и решительности скорой и безошибочной, и потому принужден он был полагаться по большей части на то, что скажут, присоветуют и напишут наши секретари и советники. Со всем тем, честолюбие его и высокое мнение о себе было так велико, что он старался скрывать колико можно сей недостаток и наблюдать вид, будто бы все дела решает он сам собою… К вящему несчастию, по совершенному неумению своему по-русски писать, он не мог не мог ничего сам не только сочинять, но и написанное переправлять… он был вспыльчивого и горячего нрава человек… не случалось мне еще ни одного видеть и найти ему подобного и такого, который бы так много к гневу бранчливости был склонен, как был сей человек… За все про все, и не только за дела, но и за самые иногда безделицы он серживался и распалялся чрезвычайным гневом и осыпал всех, кто б то ни был, слуга ли его или подчиненный, жестокими бранью и ругательствами. С слугами и домашними своими жил он в беспрерывной войне и драке, а для всех подчиненных был он столь несносен, что на всех, имеющих до него дело, не оставался ни один без огорчения от него… Не успеет таковая от него блажь и дурь пройтить (и, по счастию, продолжалась она обыкновенно самое короткое время), как становился он уже смирнее агнца и делался наиласковейшим и дружелюбнейшим человеком в свете, и можно было с ним что хочешь говорить…». 

Кончина кавалера.

Земной путь генерал-аншефа, сенатора и Андреевского кавалера Барона Николая Андреевича Корф завершился 24 апреля (7 мая) 1766 года на 56-м году от рождения.

По книге В. Федорченко «Императорский Дом. Выдающиеся сановники. Т. 2.» подготовил Александр Рожинцев.

5 мая 2008 года.

Святой град Тихвин.