В последнее время не угасает конфликт между региональным правительством (РегП) Курдского автономного района (КАР) в Ираке и центральными органами власти в Багдаде по вопросу заключения Иракским Курдистаном без консультаций с правительством Нури аль-Малики контрактов на разработку и эксплуатацию нефтегазовых месторождений.

Министерство природных ресурсов Ирака заявило, что контракты, заключенные курдами с 1992 г. с иностранными фирмами, не имеют юридической силы и не соответствуют иракской конституции. Со своей стороны курдское региональное правительство всячески это опровергает. В августе 2007 г. в Эрбиле (столица Иракского Курдистана) был принят закон по нефти и газу, позволяющий РегП самостоятельно заключать сделки с зарубежными компаниями. При этом доходы от эксплуатации действующих месторождений должны поступать в государственную казну, а доходы от новых – оставаться в КАР.

Багдад рассматривает сделки, заключенные курдами без согласования с ним, как не соответствующие конституции Ирака. В связи с этим были прерваны поставки нефти австрийской компании OMV AG после подписания этой фирмой контракта с РегП. Австрийская OMV покупает 10 тыс. баррелей в сутки у Iraqi Basra Crude.

Аналогично были прекращены поставки нефти и южнокорейской компании Korea’s SK Energy, импортирующей от 60 до 90 тысяч баррелей иракской нефти в сутки. Несмотря на то, что южнокорейцы продлили свой контракт с курдами с 1 января 2008 г., к концу января поставки нефтепродуктов им так и не начались.

Поездка главы регионального правительства Иракского Курдистана в Багдад не разрешила противоречий, затрагивающих распределение доходов от добычи и эксплуатации скважин. Сохраняются разногласия между курдами и Багдадом и по проекту национального закона о нефти.

Наличие в конституции Ирака взаимоисключающих статей позволяют спорящим сторонам использовать этот документ, как им заблагорассудится.. Так, например, статья 141 конституции гласит, что законы, принятые в Курдистане с 1992 г. и постановления властей Курдистана, включая заключенные контракты и судебные решения, остаются в силе, пока они не будут отменены или изменены согласно законам Курдистана компетентным региональным органом при условии, что они не противоречат конституции Ирака.

Действия Эрбиля в области развития нефтегазовой отрасли этой статье не противоречат. Независимый эксперт Джеймс Р.Кроуфорд, профессор международного права, к которому курды обратились за разъяснениями, заявил, что «закон Курдистанского региона по нефти и газу соответствует конституции Ирака». Он также утверждает, что все существующие с 1992 г. контракты на разработку и эксплуатацию нефтегазовых месторождений находятся в согласии с упомянутой конституцией. В этом же убежден и министр природных ресурсов регионального правительства А. Хаврами.

Вместе с тем в иракской конституции содержится статья 112, противоречащая статье 141 и требующая, чтобы провинциальные власти разрабатывали стратегию развития нефтегазовой отрасли совместно с центральным правительством. Такие неувязки приводят к тому, что подписание контрактов Иракского Курдистана с иностранными фирмами без участия Багдада оборачивается ущербом международному экономическому сотрудничеству Курдского автономного района.

Статья 112 конституции Ирака указывает на то, что управление нефтяными и газовыми ресурсами, добываемыми на действующих месторождениях, находится в управлении федерального правительства в сотрудничестве с правительствами производящих регионов, а «доходы будут справедливо распределяться в соответствии с демографическим распределением населения по всей стране». В этой статье указывается также, что «федеральное правительство и правительства производящих районов и провинций вместе разрабатывают необходимую стратегическую политику по развитию нефтяного и газового богатства с целью получения максимальной выгоды для иракского народа».

Однако курды стремятся ускорить создание экономики КАР на базе нефтегазовой отрасли без консультаций с Багдадом. Региональное правительство уже заключило международные контракты на строительство 4 небольших нефтеперерабатывающих заводов мощностью до 40 тыс. баррелей в сутки.

Несоответствием регионального и федерального законодательства Ирака пользуются обе стороны. Власти в Багдаде, опираясь на американскую оккупационную администрацию, явно пытаются действовать в обход курдских автономистов. В июле 2007 г. американский военный инженерный корпус начал строительство Исключительной нефтепроводной зоны (Pipeline Exlusion Zone – PEZ) стоимостью 30 млн. долларов между Киркуком и Байжи. Строительство намечается завершить уже в марте 2008 года. Киркук, расположенный в Иракском Курдистане, является, как известно, третьим по величине месторождением нефти в Ираке. Здесь начинаются нефтепроводы, идущие к побережью Средиземного моря через территорию Сирии - в ливанский порт Триполи и сирийский Баниас (американские военные, войдя в Киркук, перекрыли «кран на Сирию»).

Принятая при оккупационном режиме конституция Ирака оставляет провинцию Киркук в юридически двусмысленном положении – ее нельзя назвать ни официально включенной в состав Курдистанского региона, ни официально исключенной из него.

Сооружение PEZ - не единственная мера, предпринятая американцами с целью установления своего контроля за нефтепроводом Киркук - Байжи. Этот нефтепровод уже подвергался нападениям со стороны суннитских повстанцев, которые, по мнению некоторых курдских наблюдателей, ведут «вторую малозаметную войну не против американских войск или шиитов, а против нефтяной промышленности, являющейся основой индустрии Ирака». Поэтому от охраны нефтепровода были отстранены не только суннитские и шиитские части, но и курдские подразделения, которые, как утверждается, находились в сговоре с повстанцами, помогая им похищать нефть.

Другая Исключительная нефтепроводная зона стоимостью в 100 млн. долларов будет создана в 2008 г. для обеспечения безопасности 13-мильного нефтепровода от Байжи до Багдада.

Между тем нефть из иракских нефтепроводов беспрепятственно похищается и сбывается на черном рынке. По этим или иным причинам американские инвестиции в Иракском Курдистане составляют лишь 1% от общего их объема в Ираке. Американцы присматриваются к российскому опыту ведения бизнеса на Востоке, но они никак не склонны поощрять сотрудничество между российскими компаниями и курдами, связи которых с Москвой обусловлены давними взаимными интересами.

В то же время большой интерес к Иракскому Курдистану проявляют южнокорейские компании, уже имеющие здесь опыт работы. Так, в середине февраля 2008 г. во время визита премьер-министра КАР Н. Барзани в Сеул он подписал с президентом Ли Мен Баком протокол о намерениях, где речь идет об эксплуатации четырех нефтяных месторождений в Иракском Курдистане. Работы будет вести государственная Корейская национальная нефтяная корпорация (Коree National oil Corporation – KNOS). Одновременно Сеул обязался создавать инфраструктуру и объекты гражданского назначения в курдской автономии. Президент Южной Кореи выразил надежду на дальнейшее расширение сотрудничества с иракскими курдами в нефтяной сфере. Н. Барзани в свою очередь поблагодарил Ли Мен Бака за направление в Иракский Курдистан военного подразделения «для проектов реконструкции» – сейчас в КАР находятся 600 южнокорейских военных, которые должны здесь оставаться до конца 2008 г.

Хотя расширение международных связей Эрбиля наталкивается на острое неудовольствие центрального правительства Ирака, в Иракском Курдистане, где не хотят иметь ничего общего с режимом в Багдаде, рассматривают это как «тревожное усиление арабского шовинизма».

И самое существенное: пока власти Иракского Курдистана пытались узаконить принадлежность Киркука к Курдскому автономному району путем волеизъявления на референдуме, который должен был быть проведен еще 31 декабря 2007 г., судьба третьего по величине нефтяного месторождения в Ираке была решена в пользу США. Можно предположить, что это делает дальнейшие хлопоты курдов вокруг Киркука бессмысленными.

Ольга ЖИГАЛИНА

"Фонд стратегической культуры"