12.02.2008

Патриарх Никон является идеологом воссоздания православной цивилизации, как субъекта мировой истории и политики, лидером которой является Россия.
Вновь и вновь приходится защищать имя Святейшего Патриарха Никона от нападок и клеветы. Попытки его скомпрометировать особенно опасны в момент попыток отторгнуть Украинскую Церковь от Московского Патриархата. Причем эти попытки осуществляются не только под знаменами "оранжевого НАТОцентризма", но и искусственной фабрикации простарообрядческих расколов "справа" в Русской Церкви, когда се западнорусское Православие огульно объявляется некачественным. На радость украинским автокефалистам криптораскольники "справа"  реабилитируют самые абсурдные ошибки Москвы, которые ей только вредили типа повторного крещения западных русских, малороссов. В угоду старообрядческо-диомидовской изоляционистской  доктрине  искажаются исторические факты. Да, в Восточной, Московской Руси было сильное благочестие, но БОГОСЛОВСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ И МИССИИ НЕ БЫЛО. И ЭТО БЫЛО КАТАСТРОФИЧНО. Как пишет известный современный русский историк Владимир Махнач, трагедия Москвы не в том, что она провозгласила себя Третьим Римом, а в том, что она не реализовала себя в полной мере как "Третий Рим", не продолжив у себя византийскую университетскую и богословскую традицию. Да, в 17 веке Малороссия была центром богословской учености. Мы не должны уподобляться украинским "самостийникам" и искажать историю.
Патриарх Никон, как великий Патриарх, воссоединял Русскую Церковь и Русскую землю, синтезировал восточно-русское "истовое" благочестие и западнорусскую ученость. Никон, это фигура, объединяющая Русь. Надо понимать, что Русскую Церковь разрывают на разные части. Не получилось оторвать с украинской стороны, так срочно вбрасывается "великорусский сепаратизм". Какой уклон хуже? Оба хуже. Так говорил один большевистский политик. Но в этом он прав.

В мае 2005 года исполнилось 400 лет со дня рождения Патриарха Великия, Малыя и Белыя Руси Никона. Выдающийся русский богослов митрополит Антоний Храповицкий считал Патриарха самым выдающимся человеком в русской истории. Действительно, Никон является идеологом воссоздания православной цивилизации, как субъекта мировой истории и политики, лидером которой является Россия. Эта идея встретила сопротивление как западников, так и сторонников провинциальной версии русского национализма, а значит пропагандирующих отказ от имперской миссии России и обрекающих ее на роль этнографической резервации, а резервации, как известно, проигрывают культурное и технологическое соперничества и оказываются, в конечном итоге, оккупированными.

Все проекты патриарха Никона поражают своей гениальностью и масштабом. Это и создание подмосковной Палестины, и комплекс Новоиерусалимского монастыря. Никон понимал, что не каждый русский человек сможет попасть на места искупительных страданий и воскресения Спасителя и, поэтому, создал Новоиерусалимский монастырь, как место, где бы русский человек мог увидеть, как происходили Евангельские события. Но Никон задумал для Новоиерусалимского монастыря еще одну важнейшую роль. В Воскресенском Соборе до сих пор сохранились Престолы для всех глав Поместных Православных Церквей, чтобы они могли сослужить одновременно. Таким образом, Никон, создавал в Москве Центр Мирового Православия. В братию Новоиерусалимского монастыря принимали представителей всех православных наций. По замыслу Никона значение и влияние Нового Иерусалима было бы куда большим, чем Ватикана. И сейчас, Новоиерусалимский монастырь сохранился и может выполнять возложенную на него миссию.

Другой важнейший проект патриарха Никона - воссоединение Малороссии и Белороссии с Россией. Это целиком его заслуга. Патриарх Никон, буквально, заставляет Московский Земский Собор 1653 года принять петицию Богдана Хмельницкого и начать войну с Польшей. Ведь тогда политическая ситуация в России во многом напоминала нынешнюю. Противники ее исторической миссии и имперского пути самых разных политических ориентаций тогда добились того, что Запорожские казаки десятилетиями просили принять их в Московское подданство, но получали отказ тех боярских кругов, которые считали воссоединение русских земель ненужным и обременительным. Именно эти круги заключили, фактически, альянс с польской католической дипломатией и добились дискредитации и низложения патриарха Никона. Идеологами этого низложения были тайный католик Паисий Лигарид, который олицетворял волю польских кругов, боящихся ликвидации унии и потери Малороссии и московский боярин Стрешнев либерал и сторонник "государственного контроля над церковью". Именно такие люди, как Стрешнев, добивались создания монастырского приказа, говоря современным языком "госоргана по делам религий". Именно они столкнули патриарха с царем, убеждая последнего в том, что Никон, якобы, опасен для государства, что он стремиться установить теократию и тому подобную чушь, ибо если бы Никон хотел подмять государственную власть, то он бы это сделал, т.к. фактически управлял Российским государством во время долгого отсутствия царя Алексея Михайловича, который возглавлял военные походы против Польши. Не собирался Никон захватывать государственную власть, а был он сторонником сильной Церкви, соработающей с государством в деле возрождения народа и внешней экспансии. Именно благодаря Никону в России появилось высшее образование, современная армия, сильная, в т.ч. церковная, экономика, расцвет культуры. Никон выписывает из Белоруссии лучших мастеров, благодаря которым появляется великолепное московское барокко и знаменитая московская школа изразцов.
Именно эти антицерковные круги, а не патриарх Никон и виновны в церковном расколе 17 века. Выдающийся русский церковный историк митрополит Макарий Булгаков пишет, что если бы Никон не был бы низложен, то раскола бы не произошло. Антицерковное лобби попыталось с помощью будущих лидеров старообрядцев создать "альтернативный центр церковной власти" в противовес "неуправляемому" Никону.
Аналогия с современностью также на лицо. Однако напомним любителям поиграть в «альтернативное Православие» итоги этих игр: раскол Церкви, народа, непреодоленный до сих пор. Подлинные зачинщики раскола - на дне адовом. Вспомним, что печальный памяти Собор 1666 года, вопреки канонам, низложил Никона и проклял старообрядцев. Как известно, Никон достиг с лидером старообрядцев Иваном Нероновым примирения по обрядовому спору. И поэтому ничего удивительного нет, что продолжатель и почитатель  патриарха Никона, реставратор Русского Патриаршества митрополит Антоний Храповицкий сыграл выдающуюся роль в исторической реабилитации патриарха Никона и в возрождении Единоверия, призванного вернуть в жизнь Церкви и ревнителей старого обряда и сам этот обряд, который является альтернативой латино-немецкому вырождению обрядовой, архитектурной и музыкальной Русской Церкви, внесенного Петром Первым и прочими тоталитарными секуляризаторами. Митрополит Антоний рукополагал всех будущих лидеров единоверия и добился того, что Поместный Собор 1917-18гг. не просто восстановил Патриаршество, но и реабилитировал патриарха Никона, выехал всем составом в Новоиерусалимский монастырь, где у гробницы патриарха Никона была отслужена панихида (на этой могиле, по свидетельству монахов Новоиерусалимского монастыря, происходят чудеса).

О РОССИИ. ПАТРИАРХ НИКОН И РОССИЯ

Из книги митрополита Антония (Храповицкого) "Молитва русской души", изданной в серии "Духовное наследие русского зарубежья", выпущенной Сретенским монастырем в 2006 г. Православие. Ру. Патриарх Никон. Портрет из книги "Титулярник". 1672

В дни Рождества Христова православные христиане, прославляя Виновника этого великого события, стараются доставлять друг другу духовные радости, напоминающие людям о Божественных благодеяниях, которые ниспосланы им из Вифлеемской пещеры. В этот день церковные пастыри не только совершали службы в храмах, но и с крестом в руках и со славословием Христу Спасителю на устах объезжали дома прихожан за несколько дней до праздника, заранее вводя всех в радость Рождества Христова.
Желал бы и я оторваться от своей убогой жизни и хотя бы мысленно посетить мою возлюбленную паству, моих многочисленных друзей и вместе с ними прославлять грядущего в мир Спасителя. Жаждет также мое сердце обнять наше священное Отечество вместе со всеми скорбно в нем страдающими моими дорогими соотечественниками и поклониться нашим великим, ныне поверженным святыням. Особенно рвется мое сердце к гениальным созданиям величайшего человека русской истории патриарха Никона   Воскресенскому монастырю (Новому Иерусалиму), как бы сходящему с неба, Крестному монастырю на Белом море и валдайскому Иверскому монастырю в Новгородской губернии.
Иверский монастырь белеет среди озера с синими куполами и величественным иконостасом, который едва ли не превосходит все иконостасы на Руси.
Великолепная прозелень иконостасного тела и фонов придает особенную духовность многоярусному сочетанию священных изображений: не только сами святые кажутся поднимающимися к небу, но будто поднимают за собой и богомольца. В этом иконостасе замечателен образ Спасителя: лик его кроткий, благостный, выражающий чувства умиления и мягкости, которые так свойственны русской душе. К кроткому Спасителю припадают и лобызают Его пречистые ноги с одной стороны, справа, в сиянии, святитель Московский Филипп, а с другой стороны, слева, патриарх Никон, над головой которого написаны приведенные мною слова кондака Великой Среды. По моему глубокому убеждению, этот вдохновенный образ следовало бы нам воспроизводить с некоторой переделкой   в том смысле, что изображение патриарха Никона окружить таким же сиянием, каким окружен святитель Филипп, а надписанные им слова отнести ко всем нам   сынам России, ибо в личностях святителя Филиппа и патриарха Никона и заключается разгадка всех постигших нас несчастий.
Великая культура, великая страна, которая споткнется в своем призвании, утратит в лице ее руководящих кругов ясное понимание своего назначения, должна потерпеть крушение.
Внутреннее содержание русской жизни было создано Киевскими, Московскими и всея Руси митрополитами, которые брали пример с великих греческих иерархов, были ревностнейшими пастырями, никогда не споря из-за первенства власти, но всегда проповедуя правду без страха. Последним и самым великим из этих богатырей духа и был патриарх Никон. После него у нас на столичных кафедрах бывали преимущественно иерархи-вельможи, искушенные в политике и тонкостях придворной жизни. Они должны были действовать больше хитростью, нежели правдой Божией, которая все больше и больше тускнела на Русской земле, пока наконец вся не покрылась непроходимой тьмой.
По убеждению патриарха Никона, призвание России заключается в том, чтобы стать мировым центром христианской культуры, просвещения и высшего благочестия. Поэтому он поставил задачей своей жизни ослабление русского церковного провинциализма. Это была светлая эпоха русской истории. В Москве существовал замечательный кружок пламеневших высокими идеями реформаторов. В умах этих людей зрели самые широкие планы церковных и общественных, даже, можно сказать, мировых перестроек и преобразований. Это были самые светлые мечтатели, думавшие сделать всех инородцев в России христианами, освободить греков и славян от турок, устроить Церковь на строго канонических началах. На почве таких идеальных предприятий разгорелась в высокий пламень дружба двух девственных по чистоте душ   царя Алексея Михайловича и патриарха Никона. Царь и патриарх были два глубоко и нежно любивших друг друга человека. Дружба царя и патриарха исправила священные книги, восстановила благообразие общественной молитвы, присоединила к России Малороссию, привлекла к нам восточных патриархов и восточных ученых, побеждала поляков и шведов. А если бы Никон оставался патриархом до конца своей жизни, то были бы снова возвращены под власть русских государей исконные русские области   Северо-Западный и Юго-Западный край, славяне были бы освобождены много раньше, не было бы причин ни для последней войны, ни для крушения России, а вслед за сим сохранялось бы благоденствие и во всем мире, во главе которого стояла бы Россия.
Вообще Россия была бы действительно возведена на степень величия Третьего Рима, и возрастание нашего Отечества как в духовном, так и в политическом отношении было бы необозримо.
Однако до понимания таких великих отечественных задач не могли подняться современники, и всем этим светлым и прямо сказочным перспективам не суждено было сбыться.
Лживые и низкие бояре, которых постоянно смирял патриарх, придворная раболепная знать, люди дутые, своекорыстные и с холопской душой, успели оговорить патриарха, озлобить царя, их нежную дружбу превратить в многолетнюю ссору, сослать великого патриарха в ссылку "на вечное покаяние" в Ферапонтов Белозерский монастырь и затемнить истинное призвание России, которую с тех пор постигает одно несчастье за другим.
Царь Алексей Михайлович умирает, не достигнув пятидесяти лет, тревожась духом на смертном одре, что лишен благословения заточенного патриарха, раскаиваясь в его низвержении и испрашивая у него себе прощения.
Царь Петр вводит у нас чужебесие, на святительские престолы восходят характеры преимущественно эластичные, могущие ужиться при всякой власти и интригах, умеющие хитрить и лицемерить.
После Петра ряд наших царей проникается немецким духом. Император Павел I стремится сделаться народным царем, но падает жертвой предательства. Император Александр   попадает в тенета Священного Союза, и хотя оставляет после себя красивое сказание о добровольно поднятом им подвиге, но не оставляет России того прямого пути, по которому ей надлежит идти. Император Александр  I умирает от руки убийцы. Император Александр  I  загадочно умирает в полном расцвете своих сил. И наконец, благочестивейший государь Николай    принимает мученическую кончину со всем своим царским семейством от руки злодеев.
Думаю, что читатель не может заподозрить меня в недостатке преданности русским монархам. Я желал бы, чтобы власть благочестивых русских царей была превыше всех мирских властей на земле и чтобы благоденствие и слава их была беспредельной. Но, взирая на крестный путь, которым идет наше Отечество после патриарха Никона, невольно приходишь к убеждению, что России невозможно уклониться от пути, который ей предуказан великим Никоном   патриархом, заточенным за слово Божие и за Святую Церковь, а вернее   самим Промыслом Божиим.
Литература о патриархе Никоне у нас была довольно обширная. Мне не раз приходилось ссылаться на нее и указывать, что большая часть ее была недоброжелательна к великому Никону, но вот в самое последнее время появилось замечательное трехтомное исследование профессора М.В.Зызыкина "Патриарх Никон, его государственные и канонические идеи" (Варшава, 1935). По оригинальности, убедительности и свежести материалов это лучшее произведение о патриархе Никоне, после которого, надеюсь, уже никто не посмеет порицать патриарха Никона.
Гений этого великого человека заключался в том, что он глубоко проникал в народную душу, в сокровеннейшие ее тайники, он сливался с народом. Считая же главной задачей своей жизни ослабление русского церковного провинциализма, он тем самым сливался и со всем христианским миром.
Патриарх Никон был полный демократ, собственно говоря, простой русский мужик, обогатившийся богатыми дарами,   он был аскет, народный вождь, правитель и отшельник, художник и хозяин, друг двора, патриот своего народа, вселенский святитель, поборник просвещения и строгий хранитель церковной дисциплины, нежная душа и грозный обличитель неправды.
* * *
Я убежден в том, что Русская земля, давшая такого гения, имеет великое и светлое будущее. После всех пережитых испытаний она вернется к своему прямому призванию, которое будет стоять в центре церковной и политической жизни.
Задержкой к наступлению этого светлого времени является только наше нераскаяние, и мы должны с усердием припасть к родившемуся Спасителю, "любовию облобызающе" пречистеи Его нозе и зовуще: "Спасе, от скверных дел избави нас, смиренных рабов Твоих".

См. также:

Читайте материалы сайта на тему: "ЦЕРКОВЬ и ПОЛИТИКА: церковно-государственные отношения"