06.02.2008

Комментарий к статье Кирилла ФРОЛОВА: Консервация церковного "застоя"-самый негодный способ борьбы с автокефалистскими настроениями на Украине

Ниже честь имею представить читателю отличную и честную статью молодого православного публициста из Москвы Александра Чаусова. Нам нужны именно такие публицисты- трезвые, самокритичные, думающие о будущем. Это необходимо повторять именно потому что существует угроза подмена борьбы с отделением УПЦ от Московского Патриархата борьбой за церковный "застой". Если антитавтокефалисты будут "партией застоя", то инициатива развития Церкви окажется в руках у сторонников автокефалии. Вот, например, некоторые противники автокефалии  считают "неканоничным" разделение епархий. Но это не выдерживает никакой критики. В Греции на 10 миллионов человек- около 70 епархий. По канонам, епископ должен знать свою паству. Появление новых епархий -естественный процесс, причем здесь автокефалия?
Так можно во имя борьбы с украинской автокефалией сдерживать процесс открытия новых приходов, храмов при ВУЗах, ибо в них придут новые люди, многие из которых "распропагандированы" оранжевой пропагандой. Если мыслить таким образом, то мы превратимся в "правильную", но исчезающую кампанию единомышленников. Не нужно бояться новых епархий и бурного роста Церкви-это нужно приветствовать. Новых людей , приходящих в Церковь, надо просвещать, в том числе исторической правдой, а не сдерживать их. Как я уже говорил, весь вопрос в том, кто встанет во главе новых епархий: миссионеры Русской Церкви или ее могильщики?
Нам нужна Молодая Гвардия борцов за единство Русской Церкви, как в епископском и священическом сане, так и в мирянском. Да, она должна опираться на таких адамантов духа, как митополит Агафангел, но если ее не будет, надо будет пенять на себя, а не чьи-то козни.

Об этом статья Александра Чаусова





Сектантское благочестие.
Кролики на кухнях дожирают подаянье,
Псы у ваших спален перлизывают раны,
Спите спокойно, дорогие помпеяне,
Спите, не по вам звонят куранты.
К.Арбенин.

Это, что не от Бога,
Это то, что от дерьма.
Ю. Шевчук.
Александр Чаусов

Многое из того, что я сейчас напишу, многим очень не понравится. Впрочем, это не удивительно. Есть свойство у человека: не замечать в своем глазу бревно, но в глазу другого подмечать соринку. Более того, по итогам материала должна получиться откровенно мрачная картинка. На самом деле, конечно, все не так плохо, просто я намеренно сведу все негативные стороны антимиссионерского процесса в нынешней церкви в единую текстовую ткань и намеренно же не дам позитива. Чтобы пресловутое "бревно" в нашем глазу стало ощутимее, чтобы резануло по живому максимально жестко. Ну и напоследок, самое главное: если вы категорически будете со мной не согласны, то докажите, что я не прав. Только делом, а не болтовней. Итак, речь пойдет о ни много, ни мало "ложном благочестии" или антимиссионерстве, которое процветает в Русской Православной Церкви пышным цветом, но его как будто никто не замечает.
Начнем мы, пожалуй, снизу. С уровня приходов. Поскольку на "верхнем уровне" епархиальных и Синодальных отделов, на уровне Патриархии всё не так заметно, не так выпирает.
Что мы имеем в массе своей в провинциальной приходской жизни? Правильно, максиму "на селе протоиерей - сам себе архиерей". Добавьте к этому общий уровень образования и возраст священнослужителей. В большинстве своем это так называемое "красное духовенство". Те, кто пошел в священники в период антицерковной кампании Хрущева. Знающим людям это говорит о многом. Для тех же, кто не понял, поясню: правительство Хрущева было заинтересовано в том, чтобы священниками становились самые необразованные, не слишком верующие люди. Чтобы они шли не служить, а зарабатывать деньги.
Наши бабушки-свечницы - это не от советской поры "белые платочки", которые хранили в тайниках церковную литературу и втихаря исповедовались и причащались. Это, как правило, бывшие пионерки и комсомолки. Прихожане старшего возраста - тоже не диссиденты по религиозной статье, а в прошлом обычные советские граждане. Можно обвинить их всех огульно в лицемерии за советское прошлое и на этом успокоиться. Но проблема не в лицемерии, она глубже: советские граждане перетащили с собой в Церковь советскую мораль и советскую же нравственность.
Очень немногие православные на уровне таких провинциальных приходов, например, знают тезис "мне все можно, но не всё полезно". Соответственно, нет понимания, что грех - это болезнь. Напротив, грех считается даже не преступлением, а, как и в Советском Союзе, отступлением от идеологической нормы. При этом советское сознание совершенно не нуждается в объяснении, почему так хорошо, а по-другому плохо. Напротив, объяснений сознание боится, ему милее тезис "так Святые Отцы говорят" (право слово, это очень похоже на "партия сказала надо - комсомол ответил есть"). А еще добавьте сюда жуткий диссидентский снобизм. Мы-де не такие как весь остальной мир, мы тут последний столп и утверждение истины. И нам от этого хорошо, а всем другим мы этого не дадим.
Порождает такое мировоззрение сразу несколько проблем. Первая - миссионеров в таких храмах нет. Вот еще, кого-то с улицы в храм вести! У нас тут свой маленький элитарный кружок истинно-верующих. С другой стороны, пресловутое "эсхатоложество". Вообще, для православного человека нормально жить в ожидании Конца Света и готовиться к нему, но в этом ожидании центральным является жажда встречи со Христом. Жажда человека личного общения с Господом. А вот наши эсхатоложники радостно потирают руки при разговорах об ужасах, которые вырвутся в мир. Они видят проявления сил зла во всем. Почему? Потому что очень хочется, чтобы всем остальным было плохо. Наши прихожане на отдельных православнутых приходах могут "дрючить" себя покруче любых богумилов. Они так, в страданиях, зарабатывают спасение. И жажда справедливости говорит им, что "дрючат" себя они не зря, а потому, что в аду всем остальным будет ещё хуже. Не зря же они претерпевают, в самом-то деле. Где в этой системе Господь, остается только догадываться. Ну и, наконец, вы представляете с какой скоростью удирает из храма с таким приходом молодой человек, который зашел в церковь свечку поставить? Особенно если он нарвался на пару особо активных прихожан и бабушку-свечницу.
Поехали дальше, на уровень епархии. Там, где имеет место быть епархиальное управление, должен быть и молодежный отдел. Или тот отдел, который непосредственно занимается молодежью. Возможна еще пара молодежных православных организаций. Но в сумме это - редко когда более полусотни человек на город в 250-300 тысяч жителей. Почему? Потому что непонятно, как с этой молодежью работать.
Наша молодежь идеологизирована. Поколение конца восьмидесятых-начала девяностых насквозь пропитано либеральной идеологией на бытовом уровне. И чтобы донести до них истину Церкви, необходимо сперва донести ложь либерализма. Но тут снова срабатывает жесткий стоп-кран: церковь же аполитична! А что это подразумевает? Не дай Бог, если священник выскажет свое мнение по поводу того или иного политического течения. Съедят с потрохами. Хуже того, молодежь на приходах, которая все же пробилась через советских старпёров, вдруг сама начинает как-то стремительно стареть. От них не ждут активной позиции. Потому как непонятно, что с их активностью делать. На все попытки пойти с проповедью звучит ответ "Господь сам в Церковь приведет". И, как правило, когда звучит эта фраза, человек, её произносящий, ещё и додумывает: "..а лучше бы не приводил". Молодежь на приходе может заниматься чем угодно, хоть снег чистить, хоть клумбы поливать, но только не миссионерствовать. Да, "много званых, да мало избранных", только вот у нас и званых немного, точнее катастрофически мало.
Молодежь, которая может и должна быть миссионерами, никому в качестве миссионеров не нужна. Никому. Поэтому молодых в Церкви так мало и так медленно растет их количество.
Зато есть такая веселая бюрократическая форма, как "отчет в епархию о проделанной с молодежью работе". Адекватные "молодежные отцы" в разговорах на кухнях эту форму тихо ненавидят. Просто вроде бы как пишешь там правду, а получается откровенная ложь. Если поднять эти отчеты, то возникает только один вопрос - почему на Марсе ещё не цветут крестообразно яблони и не ходят крестным ходом поголовно воцерковленные марсиане. Кстати, форма этих отчетов тоже взята из советского прошлого.
Правящий архиерей, получая эту бумагу раз в год, видит, что с молодежью и работой с ней все в порядке. И успокаивается: работа идёт, молодежь воцерковляется. Способствует такому отношению и информационная среда. По центральным каналам с завидным постоянством появляются священники, епископы, которые говорят о "важной роли Православия в жизни России". Епископат РПЦ, в свою очередь, общается и в рамках синодальных мероприятий. А вот тут необходимо оговориться о специфике некоторых сугубо московских заблуждений. В Москве действительно множество храмов, много талантливых и умных священников, происходят регулярные всероссийские и международные конференции. В том числе и с участием молодежи. И в Синоде, судя по всему, думают, что представители молодежи, которые к ним приезжают - это лучшие из лучших. Увы, нет. Отбор делегатов идет по очень простому принципу: кто есть того и посылают. Это, как правило, единственные молодые люди, которых может предоставить епархия. Не потому даже, что других нет, а потому, что в епархиальном управлении и в городе, где это управление находится, о приходской жизни других районов на территории епархии не известно ничего.
С другой стороны, есть постоянный страх раскола. Из-за этого страха не извергнут до сих пор из сана и из Церкви епископ Диомид. Из-за него появляются различного рода "союзы покаяния за всё-всё-всё до тринадцатого колена", некоторые закапываются под землю, некоторые ведут войны с ИНН и прославляют Иосифа Сталина и Игоря Талькова в качестве святых. Всё это - последствия страха раскола. Только вот скоро может оказаться, что раскалывать нечего. Церковь в России может закончиться, поскольку закончатся её члены.
Сегодня прочитал о том, что в конкурсе "Образ будущего глазами молодых", итоги которого будут подведены на Русском Народном Соборе, участвовало целых(!) сто организаций из целых(!) 25-ти субъектов Федерации. У меня только один вопрос - почему так радостно очередное поражение в молодежной миссии подается в новости? Остальные регионы где? И организации православного толка? Их нет? Еще к Русскому Народному Собору готовится Молодежная Русская Доктрина на "молодежном языке". Более жуткого текста я в своей жизни не видел. Молодежи там пытаются рассказать, что такое молодость. Комментарии, как говорится, излишни.
В целом, ситуация выглядит следующим образом. Большинству православных функционеров на молодежь просто плевать. Есть только отчетная форма, поэтому какие-то молодые люди на приходе должны быть. С другой стороны, что такое молодежь понимают в Церкви единицы. А те, кто не понимает - панически боится. Этот страх дает почву для выстраивания лицемерных "квазибогословских" максим, почему миссионерство - это плохо. И вместо того, чтобы понять, что такое нынешние молодые поколения, одни утыкаются носом в отчеты, другие - просто перемещаются от дома до храма короткими перебежками, ожидая со дня на день конца света и тихонько упиваясь своей богоизбранностью.
Но в информационном пространстве всего этого как будто нет. Там картина другая: мы уже почти построили империю, все население у нас сплошь воцерковленное, а молодежь тем более. Куда это приведет? Попробую объяснить максимально просто. В среднем сегодня на приходе не больше пяти-десяти молодых прихожан. И они в большинстве своем НЕ занимаются миссионерством. Что будет, когда старшее поколение прихожан отойдет в мир иной, я думаю, вы сможете представить себе без труда.
По сути, Русская Православная Церковь, точнее, значительная её часть, на всех парах катится к сектантству в классическом смысле этого слова. К закапсулированию в себе. Это де-факто, хотя де-юре, или медийно, РПЦ - это уже окончательно доминирующая в Росси религия. Поэтому проблемы не замечает никто. А проблема есть. И немалая.

См. также: